Дрянная девчонка в Академии

Как только добрались за два часа?

Ответить лошадь, конечно, не могла.

Поэтому, когда прямо над ухом прозвучал въедливый голос, я натурально подпрыгнула:

— Леди Бладерс, в нашей Академии не принято обсуждать воспитателей с лошадьми, — просветила меня неприятная особа. — Если вы закончили любезничать с животными, садитесь в карету, пора двигаться.

Вот как-то даже не сомневаюсь, что мы не поладим.

Я старалась держаться. Одарила ее взглядом из серии «я стану твоим кошмаром, дорогуша» и полезла в карету. Та почти сразу тронулась с места. Я только удивилась про себя, куда они запихнули все мои сумки. Наверное, здесь какая-то магия.

Когда мы отъезжали, опекун стоял на крыльце, тонко улыбался и даже махнул разок на прощание.

Внутри оказалось не так уж плохо: мягкие сиденья, обитые темной, немного потертой тканью, запах персиков и тепло. Тайс сразу же показала, где лежит фляга с водой и бутерброды, после чего откинулась на спинку и прикрыла глаза. Видимо, дорогу до Академии она намеревалась проспать.

— Долго нам ехать? — поторопилась спросить я, пока она не отключилась. — Академия же далеко…

— Мы пойдем через цепь порталов, — нехотя поделилась информацией женщина. — Когда окажемся в Северо-Западном округе, останется чуть меньше пары часов пути.

Вот и ответ на вопрос, как ей удалось прибыть за мной так быстро.

Больше мы не разговаривали. Воспитательница тихо сопела, а я смотрела в темное окно, вслушивалась в стук кареты и редкие выкрики кучера и думала, как жить дальше. То есть это как раз решили за меня, не спросясь. Самостоятельности и свободы лишили, наследство отобрали, о праве выбора даже не заикнулся никто. Зачем мне та Академия? Я — светская дама, наследница, я не хочу становиться магиней!

Что же делать, что делать?!

Бежать прямо сейчас — глупо. Куда я денусь одна в лесу?

А иных вариантов и нет…

Хотя… Очень к месту мне вспомнилось, что лорд Пресинваль — не единственный мой родственник. А значит, не единственный возможный опекун.

Точно! Есть еще тетушка Виола, папина сестра.

Почти в каждой семье есть что-то, о чем не говорят. Так вот у семейства Бладерс запретной темой были Виола и давний скандал. Все это было еще до моего рождения, и подробностей я не знаю, но мама, а потом и Эли рассказывали, будто ей просто не повезло. Не повезло родиться в семье влиятельных магов без малейших зачатков дара. Отец ее почти возненавидел за такую «подлость» и только и искал, к чему бы придраться.

Нашел, когда Виоле исполнилось шестнадцать. Она влюбилась в купеческого сына, не ровню, и когда отказалась разорвать отношения, ее просто выставили из дома и вычеркнули из семьи. Лишили наследства и приданого, передав все единственному сыну, моему отцу.