Древние

— Что? — тут же напрягся Лёха, оглядываясь на напарницу.

Та выглядела спокойной. Значит, ничего экстраординарного или угрожающего им лично не произошло.

— Да младший брат барона Хайе из Белых Драконов набрался, как свинья, — сплюнув, начал рассказывать рыжий. — Начал буянить. А он же бла-ародных, мать его, кровей, простая стража такого трогать не смей. Пришлось Дарану и Райне унимать засранца. Так он Дарана руганью обложил. Но это так, хрень.

Ещё раз вздохнув, он потёр лицо ладонью.

— Белые Драконы наши давние союзники, к тому же Хайе ум сопляку вправит, чтобы за языком следил. Отделается извинениями.

— А что тогда не хрень? — прищурилась Миа.

Рыжий мрачно оглядел слуг, собравшихся вокруг своего коллеги, принимающего ставки.

— Барон Губерт из Красных Виверн, — Робин скривился так, будто хватил вместо вина уксуса.

Лёха раздражённо глянул на слуг, чей возбуждённый гомон мешал разговору. Челядь азартно делала ставки, причём судя по возгласам, большинство было согласно с выводами Робина насчёт слабых перспектив дуэли Дарана и пьянчуги из Драконов.

— Это же из клана Виверн Райна кого-то убила? — уточнила эльфийка, успевшая за время своего пребывания в замке получить немного информации.

— Ну да, — рыжий криво ухмыльнулся. — К слову, усопший был редкостным дерьмом.

— А за что она его? — полюбопытствовал Стриж.

— А вот её и спроси, — с вежливой улыбкой отбрил Робин. — Я тогда клопов на нарах кормил, так что всё узнал по слухам.

Лёху удивило, что пройдоха так спокойно говорит о своём тюремном прошлом.

— Мне нечего стеснятся, — верно истолковав реакцию собеседника, ухмыльнулся рыжий. — Да и скрывать тоже. Тут даже мыши в тюках сена знают, что брат меня с кичи вытащил.

— А ну, за работу, паршивцы! — зычный женский голос заставил троицу замолчать и взглянуть на новый источник шума.

Здоровенная, поперёк себя шире, бабища умело прививала замковой мелкоте любовь к труду, аргументируя свои доводы мокрым полотенцем и подзатыльниками.

Глядя на такую стимуляцию, даже взрослые слуги вспомнили о неотложных делах и разбежались кто куда.

— Что шумишь, Хлоя? — радостно ухмыльнулся Робин.

Бабища развернулась с грацией танка.

— А, крыса рыжая, — Хлоя звучно шмякнула полотенцем по ладони, — Ещё раз увижу, что ты по моей кухне шныряешь, придушу как курёнка.

И, сплюнув, грузно затопотала прочь, помахивая полотенцем.

— Страшная женщина, — улыбнулся ничуть не впечатлённый угрозой рыжий.

— А чего она с тобой так? — Лёха покосился вслед грозной бабище.

— Это она любя, — отмахнулся рыжий. — Знаешь, сколько раз я от неё в детстве полотенцем по шеям огребал, если не успевал удрать с добычей? У, даже от учителя по фехтованию и то меньше.

— Так она повариха? — уточнил пустотник.