Древесный маг Орловского княжества 6

Только тогда я заметил мощные мешки под глазами и красную сетку на белках.

— Ярослав, я так рада вас видеть, — заговорила с придыханием. — Не ожидала, что так скоро отзовётесь на мою беду.

— Боянка Васильевна, как я мог медлить.

— Как отнеслась ваша покровительница, госпожа Морозова, к поездке? — Выпалила княгиня.

Твою ж налево. В этот момент я готов был сквозь землю провалиться. Потому что мы хорошо подружились с Градимирой, которая в дороге уже после первого разговора ещё более нелестно о Гале заливала. Особенно за бокалом вина у графа. А я молчал.

— Да я перед ней не отчитываюсь, — отмахиваюсь.

— А что с помолвкой стряслось? Её славная дочь Остромила и вы — такая примечательная бы вышла пара, — дальше запела."

"— Наша помолвка — это недоразумение, которое удалось недавно разрешить, — ответил и продрал горло. Видимо, заметив мою явную неловкость, княгиня тут же и отстала.

После неё к нам стали подходить тульские витязи и здороваться горячо. Среди них ни одного знакомого.

— Ваше сиятельство, — спохватился я, обращаясь к княгине, которая отвлеклась на слугу. — Не подскажите, где Люта? Деян и его люди?

— Все там, все там, — вздохнула княгиня. — Пока сдерживают нечисть, гонцами каждый час вести шлют.

Под суетой магичка Градимира ко мне подошла и с претензией выдала:

— А что ж ты не сказал, что Морозовой друг? Не благородно с твоей стороны было умалчивать.

— Прости, Мира, я меж двух огней, — признаюсь устало. — Я уже сюда ехал, зная о том, что Боянка и Морозова враги. Не переживай, ничего Гале передавать не стану.

— Да даже если и передать, тем легче, — огрызнулась и пошла от меня, явно затаив обиду.

Нас пригласили на второй этаж, где богато накрыт стол, и уже вовсю хлопочут слуги. Боянка уселась во главе и попросила всех рассаживаться. Хотел к Градимире подсесть, а она так зло на меня посмотрела, что передумал, усевшись через стул.

— Кушайте, кушайте, гости дорогие, — приговаривает княгиня, а сама даже не притрагивается.

— Ваше сиятельство, а что с Юрием? — Поинтересовался паладин Мутимир, но с заметной неловкостью.

— А что с ним может статься? — Усмехнулась княгиня.

— Ходит слух, что он пропал, — ответил паладин неуверенно.

— Злые языки, — покривилась Боянка. — Князь жив и здоров. Он первым с отрядом лучших ратников отправился к Разломам и до сих пор там находится. Он оставил все мирские заботы на мне. А сам без промедлений бросился защищать своих подданных.

После её речи наступила всеобщая неловкость и полная тишина. Которую вскоре прервал я:

— Боянка Васильевна, а как далеко отсюда Разломы?

— Полтора часа галопом на северо–запад, — ответила, не задумываясь.

— Позвольте собираться? А то как–то неловко тут засиживаться, когда там товарищи дерутся. Как раз ведь ночь, курии бушуют.