Тень Великого Древа (СИ)

Герцогиню переполняла жизненная сила, казалось, уж до нее-то смертушка нескоро доберется… Но нет, даже ее опрокинуло в ямку, червячкам на поживу. С горя Весельчак сходил в книжную лавку, купил «Голос Короны» и тут же попросил продавца зачитать вслух.

- Я ищу своего друга, он был среди свиты Ионы Ориджин, в городе Уэймаре. Посмотри-ка, добрый человек, нет ли в «Голосе» статьи про леди Иону?

Продавец удивился:

- А вы не знаете?..

- Отчего у вас, в Фаунтерре, все задают такой вопрос? Будто каждый должен знать обо всем! Если б я все на свете знал, то и не покупал бы «Голос Короны».

- Простите, сударь, не хотел проявить неучтивость. Но это громкая история, многие слыхали. Дело было вот как…

И Весельчак узнал, что Северная Принцесса подняла мятеж против Кукловода, была разгромлена, и вся ее свита поголовно отправилась на Звезду. Малую надежду оставили давешние слова лорда-канцлера: «Сестра уже отпустила Джоакина». Раз отпустила, то, может, он успел покинуть Уэймар до побоища. Но каковы шансы, скажите на милость? Лопатка нашла даже леди Аланис в безопасной Фаунтерре. А Джоакин очутился прямо в идовом котле!..

Весельчак вернулся пьяный и на все вопросы отвечал одно:

- Червячки… Землица… Гробки-досточки…

Хармон отправил его спать, но сам успел заразиться грустью. Тьма, вся же правда в этих словах! Лопатки да землица, да доски с гвоздиками. Скольких людей похоронил Хармон за два года! Были средь них и подонки, как Снайп, но были и чистые души: Полли, Вихорь, Онорико-Мейсор. Будто не лопатка, а метла прошлась вокруг него и вымела всех подчистую, без разбору. Одна Низа чудом уцелела – да и то потому, что сбежала к другому мужчине.

Заметив печаль купца, добрый Салем посочувствовал:

- Отчего грустишь - из-за владычицы? Понимаю. Она мудрая и славная, но боюсь, не справится с такими стаями воронья. Падет с плеч ее головушка.

Хармон ответил: Минерву жаль, конечно, но она еще жива, а много прекрасных людей погибло. И в добавок моя любимая девушка ушла к другому – полнейшему придурку, надо сказать. На что Салем ответил: ладно девушка, от меня вот жена ушла, и не сама, а с тем мерзавцем, который грабил мою деревню. И это бы полбеды, но потом я лично, своими речами сбил с праведного пути семь тысяч человек. Теперь они встали под флаги Адриана и наверняка погибнут от мечей Минервы. Семь тысяч душ на моей совести, брат Хармон! Когда предупредим ее величество, пойду, пожалуй, и брошусь в Ханай.

Тогда купец сказал: на моей совести не семь тысяч душ, а только несколько, но все прекрасны, как на подбор. Архитектору счастья, веселому и доброму парню, разрезали глотку на глазах у жены и детей. Без малейшей причины, только ради устрашенья. Семья осталась без мужчины и кормильца.