Дрессированная смерть

В песке сохранился след от испарившегося бензина – прямо под горлышком емкости.

«Если подстрелили, то он где-то здесь. Далеко уползти не мог, тут везде горы», – майор моментально оценил обстановку.

– Есть кто-нибудь живой? – крикнул майор, окинув взглядом пустошь.

Еле различимый шорох заставил майора Лаврова сконцентрировать все свое внимание. Смазанное пятно крови на камнях, за ним еще одно, майор уже был уверен, что убегавший от боевиков где-то рядом. Бетонные плиты, находившиеся неподалеку от дороги, и смазанное пятно крови на них, Лавров окончательно понял, что он там.

– Ты жив? – крикнул майор.

– Я… – Лавров услышал хриплый голос.

– Я иду, – майор обходил бетонные плиты.

По шероховатой поверхности бетона тянулась полоса крови.

«Тяжело ранили, столько крови. Как он еще жив?» – удивлялся Лавров.

– Ты как? – майор на всякий случай снял с предохранителя «Кипарис» и медленно обходил бетонные плиты с левой стороны.

– Да… – прозвучал хриплый голос.

Приблизившись к углу плиты, Лавров перевел дыхание. Резко ступив вперед, он направил ствол автомата на лежавшего на земле человека.

– Ты что ты тут делаешь? – Лаврову показалось, что это все ему снится, на камнях лежал Загорский.

– Я… – тяжело дыша, сказал Алексей.

– Так это ты продался талибам? – майор все еще не мог поверить, что перед ним его бывший друг.

– Нет, это… – Алексей пытался сказать еще, но огнестрельное ранение в грудь не позволяло говорить долго.

– Зачем? – не унимался Лавров.

– Я же говорю… – каждое слово Алексею давалось с трудом.

– Где чемоданчик? – спросил майор.

Подполковник криво улыбнулся и отвернул пропитанный кровью китель, прикрывавший кейс, пристегнутый наручником к его правой руке.

– Вот он… Ключи в нагрудном, я сразу пристегнул, чтобы не могли забрать… – хриплым голосом ответил подполковник.

Склонившись над Загорским, майор залез в нагрудный карман. Вся рубашка Загорского была пропитана кровью. Ключа от наручников в связке не было, но разогнув проволочное колечко, Лавров раскрыл один браслет.

– Да, дела твои плохи, – Лавров уже видел, что подполковник – не жилец.

Если бы прямо сейчас доставить его на операционный стол, надежда еще бы была.

– Лавров. Это не я… – Загорский немножко приподнялся и облокотил голову о край бетонной плиты, это далось ему с огромным усилием.

– Какое это теперь имеет значение? – Майор покрепче сжал ручку кейса. – Штаммы у меня. Из-за них все и произошло.

– Все организовала Лариса… – в уголках рта Алексея Загорского проступила кровавая пена.

При слове «Лариса» Лавров вздрогнул. Это была для него особая тема, которой он избегал последние годы. И вот сейчас, после стольких лет, вновь слышит ее имя.