Драконы космического флота

Дошёл до МГС и разосра… разорвал многие отношения, потому что никому и дела нет до одной сумасбродной девчонки, которая вбила в свою в голову, будто работа в космосе – это же так романтично! Твоя подруга Руби долго держалась, но на допросе всё равно раскололась…

За спиной кто присвистывает, выражая высшую степень удивления, возможностей крёстного и его упёртости. Уверена, это капитан.

Но мне не до Лукаса сейчас, у меня по спине отвратительной ледышкой пробегает пренеприятный холодок. Я делаю круглые глаза и смотрю на крёстного в ужасе. Неужели он отправил Руби за решётку? Или что ещё хуже?

Он перехватывает мой взгляд, полный священного страха за подругу, усмехается и произносит:

— Всё с ней хорошо, не волнуйся. Жива, здорова и продолжает свою хакерскую деятельность.

Я облегчённо выдыхаю и понимаю, что не обойдусь перед подругой одними словесными извинениями. Надо будет найти для неё необычный подарок – извиняться нужно правильно и с чувством.

Николас тем временем разгоняется в своём гневе.

— Я нашёл ту проклятую заявку на выделение одному «засекреченному» экипажу хорошего хирурга, — рычит он и с издевкой произносит фразу «засекреченному» экипажу». Уже обводит бешеным взглядом драконов. — Я перебрал всех – людей, кассов, соутов, думал и на селтов, которые как-то смогли обойти защиту и подобрались к нам. Но драконы!...

Его эмоции слишком сильны и он порывается вскочить с кресла, но в последний момент остаётся на месте, непослушной рукой дёргает за воротник кителя, расстёгивает верхние пуговицы.

— По вашему следу отпвлены военные корабли. Но к моему огромному сожалению ваш корабль оказался слишком быстрым, каким-то неуловимым, — дрожащим голосом, то ли от негодования, то ли от волнения произносит Николас. — Тебя ищут, Ари. Но я рад, что ты нашла в себе смелость или твоя совесть проснулась и ты связалась со мной.

— Николас, я в полном порядке, — произношу с тяжёлым вздохом, — прости, пожалуйста, но… Если уж у нас столь откровенный разговор, то послушай, ты ведь сам меня подтолкнул к этому поступку.

Он смотрит на меня как на умалишённую.

Я всплёскиваю руками и добавляю:

— Ты всегда знал о моём желании работать в космосе и даже одобрял мой выбор. Я училась и работала, жила этой мечтой не для того, чтобы в день «Х» ты её у меня отобрал! И каким методом? Самым подлым! Прошёл по своим связям, чтобы меня никто не принял ни в одну команду! Это… нечестно…

— И потому ты решила ударить в спину, — усмехается он горько. — Это совсем не подло.

Я качаю головой.

— Всё не так. Ты сам прекрасно знаешь, что я тебя люблю, ценю и уважаю. Но я давно не ребёнок, Ник. Я взрослая женщина и имею полное право распоряжаться своей жизнью и судьбой, как сама решу. Мне давно уже не нужна опека.