Драконы космического флота

Он сидит за своим столом. Как всегда подтянутый, в форме с иголочки. Да вот только лицо выдаёт его усталость, переживания.

Моя совесть сильнее давит на меня, терзает, душит, отравляет.

Лицо крёстного осунулось, сильно похудело. Под глазами залегли тёмные круги. Цвет лица нездоровый, какой-то серый. Явно от недосыпа, переутомления и треволнений.

Николас фокусирует взгляд сначала на адмирале, а потом он видит меня…

Моргает, строгое лицо смягчается, глаза округляются, и он выдыхает, будто не верит:

— Арианна? Девочка моя, ты ли это?

Делаю небольшой шаг вперёд, крепче сцепляю пальцы за спиной, так как чувствую, как сильно дрожат руки и сдавленно произношу:

— Это я, Николас… Я…

⅏

У крёстного отчётливо дёргается скула. Синие глаза наполняются влагой. И, по его исхудавшим щекам вдруг катятся скупые слёзы.

Ник тут же часто моргает и смахивает непрошеную влагу. На миг отворачивается и берёт себя в руки.

У меня в горле образуется горький комок. Дышать становится трудно, сердце, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди, ещё и тремор накатывает для полного счастья.

Когда крёстный снова смотрит на меня, он уже собран, сосредоточен, только в глубине его глаз я вижу боль, которую он переживал. Да что там говорить, я буквально на колени поставила близкого мне человека!

Чувствую себя премерзко. Даже то сообщение, что я оставила Николасу, когда убегала, не успокоило его. Я и думать тогда не думала, что он будет настолько сильно страдать и переживать за меня.

— В этом безграничном море разочарования у меня оставался крохотный островок надежды — я верил, что ты жива, Ари. Верил. Но как же сильно я боялся, что верю напрасно, боялся, что тебя уже нет… — произносит он усталым, страшным опустошённым голосом.

Качает головой и горько усмехается. И уже говорит с зарождающимися нотками гнева. В словах проскальзывает горечь обиды и разочарования:

— Я спать не мог. Представлял, что ты можешь находиться в плену у селтов. Думал, ну как я могу спать, отдыхать, есть и пить, если вдруг эти твари подвергают тебя пыткам?! Я столько всего надумал, представил настолько живо и ярко…

Сглатываю горький ком.

— Николас, мне так жаль…

Я не могу подобрать нужных слов, они словно покинули меня, оставив с беспомощным блеяним и жалкими попытками оправдать свой поступок.

Выдыхаю надломлено, голос звучит как не мой, но я вложила в слова всё своё раскаяние и сожаление:

— Я шла за мечтой. Не передать словами, как сильно меня тянуло в космос… Да ты и сам знаешь.

Бросаю взгляд на хмурого Рикарда и вдруг понимаю, почему меня могло так сильно тянуть в космос.

Возможно, мой дракон «звал» меня. Возможно, это был зов, которому я не могла противиться.