Кай из рода красных драконов 4

Терий Верден пришёл на нашу землю, и он должен остаться здесь, если хочет. Я подарю ему целых два метра.

— Но будет ли после войны — мир? — спросил Сакал.

— А после зимы — будет весна? — ответил я таким же вопросом.

— Счастлив был твой отец, иметь такого разумного сына, — вздохнул караванщик. — Шесть сыновей было у меня. И перевал забрал всех.

— Перевал? — удивился я.

— Он не принял моих сыновей, — пояснил Сакал. — Они оказались недостойными. А недостойные — сгорают в огне.

— Что значит — оказались недостойными? — нахмурился я.

Вот же чёртов перевал!

— Душа их была слабее моей, — пояснил Сакал. — Они хотели найти за перевалом дорогое оружие, украшения, ткани и пряности, а не алкали духовных богатств. Они пошли с караваном, и огонь… — караванщик тяжело вздохнул. — Страшный белый огонь, белый как снег, холодный как снег — он поглотил их.

«Белый? — подумал я. — Тот, что уже спасал мне жизнь, вспыхивая на руках?»

И промолчал.

Я мог бы спросить Сакала про белый огонь на своих руках. Но что если бы он оказался тем самым, что сжёг на перевале его сыновей?

Выходило, что вот он я — беленький, чистенький… А шестеро его детей… Шестеро!

Да, они шли через перевал за тряпками и побрякушками, а не за познанием, но всё-таки…

Сакал заплакал. Он понял. Прозрел мои мысли.

Я сидел, не зная, какими словами можно утешить старика, потерявшего шестерых детей.

Чиен тоже не мог мне помочь. Он смотрел в огонь, вспоминая своего погибшего сына.

Глава 22

Нишай

Трудно быть гордым, когда руки у тебя крепко связаны, да ещё и магической верёвкой, которую не ослабить и не развязать.

Нишай ёрзал-ёрзал, но пришлось-таки обратиться к Шасти, увлечённо читающей книгу по магии. Его личную книгу, будь проклят этот Кай!

— Может, ты всё-таки развяжешь мне руки? — подал голос колдун.

Шасти подняла недоверчивый взгляд на парня с внешностью охотника и хитрой душой мастера чёрного слова. Она ему не верила ни на волос.

Нишай засмотрелся в большие глаза девушки. Они были как два маленьких озера в подземном мире — чёрные и загадочные.

— На все твои тайные желания у меня есть горшки нужных размеров! — рассмеялась Шасти, сообразив, чего так хочется пленнику.

Нишай тяжело вздохнул:

— Ну, куда я убегу из сортира? В дерьмо, что ли закопаюсь, как жук?

Но Шасти только смеялась в ответ.

«Вот же несносная девчонка! Как же к ней подступиться?» — Нишай почесал нос о плечо кожаной рубахи — не шёлк, зато чесаться удобно.

— Неужели ты не можешь ослушаться своего Кая?.. — начал он осторожно.

— Это ты не можешь ослушаться, — фыркнула Шасти. — А я — не хочу!

— Глупая! — рассердился Нишай. — Кого я не могу ослушаться? Я тут один! И слушаю сам себя!

«И воду внутри себя, — подумал он. — Хоть совсем ничего не пей».

— Вот-вот, — Шасти откровенно веселилась над пленником.