Месть невольницы. Истинная для дракона

Будь она драконом, или под защитой связи истинной пары, это возможно позволило бы ей выжить, но теперь шансов нет, — он развел руками, отводя взгляд.

Арсель едва не накинулся на брата.

— Это ты виноват, она могла бы жить!!

Азар не верил тому, что слышал. Великий не мог так поступить с ними. С ним — да. Но не с ней, не с Аманом...

— Должен же быть способ сохранить ей жизнь! А если мы проведем обряд единения судеб сейчас?

— Сейчас он уже не поможет, и я не чувствую в ней связь…

— Она была разорвана, но магия признает в ней истинную, и если есть шанс…

— Она не переживёт обряд, слишком слаба, к тому же человек. Для неё и здоровой это стало бы мучением. Хотя можно попробовать…

— Что?! Говори! — Приказал ещё пока король.

— Ей может помочь Жизнь дракона, господин...

Как он сам об этом не подумал?! Такой обряд проводился не часто, но он работал! Если дракон добровольно соглашался отдать своё сердце кому-то, то его регенерация спасала одаряемого, а сам он погибал. Драконы редко были готовы жертвовать своей жизнью ради других, но это возможно! И конечно он согласен отдать ей своё сердце! Эмми будет жить!

— Немедленно проведём обряд, я готов!

И тут его неожиданно остановил Арсель. Брат смотрел на воодушевленного Азара со странным выражением лица, будто ему нужно решить важный вопрос... Но ведь он уже обо всём подумал! Азар не нужен Эммили, и он искренне подарит ей свою жизнь. Это же прекрасное решение!

— Почему? Я должен ей! И я готов...

— Ты не можешь, — с нажимом повторил брат и указал на Амана, который переводил сосредоточенный взгляд с безжизненного тела матери на отца. Каждый раз, когда он смотрел на Азара, в уголках глаз мальчика собирались крупные капли. — Ты нужен ему. Только ты можешь научить его контролировать свою силу. А я... Я не могу ничего для них сделать. Кроме как подарить то, что и так принадлежит ей...

Арсель кивнул лекарю, и тот бросился вон из комнаты готовить всё необходимое. Брат же обнял своего племянника и начала уверять его, что с мамой всё будет хорошо. Азар теперь не знал, что сказать и что делать. Он понимал, что сыну нужна его поддержка, но только как он мог дать её, если сам едва может сдерживать слёзы? Наверное, помимо собственной, ребенок сейчас чувствует и его боль.

Казалось, грудь разорвется от невыносимых чувств. И поступок брата тоже пронял до глубины души. На несколько секунд он даже испытал к нему нечто вроде братского тепла…

Понимая, что причиняет ещё большие страдания сыну, король выбежал из дворца и обратился, улетая прочь. С каждым взмахом крыла удаляясь всё дальше, дракон наконец смог позволить себе издать отчаянный рёв.

Какое же он ничтожество! Не уберёг любимую, не может помочь ей теперь, даже быть рядом с сыном, чтобы утешить, не может.