Дракон вредный, подвид мстительный. Книга 2

«Пойдём»? Так просто? А объяснить, что это сейчас было?

Кстати, куда «пойдём»? С какой целью?

Я посмотрела непонимающе, и эр Форс «объяснил»:

— У тебя ведь нет курирующего курса, а учиться надо.

Мои щёки заполыхали пуще прежнего. Он намекает на личное наставничество? Но это же…

— Лорд Эрвин, если это то, о чём я подумала, то это неприлично.

— Неприличные мысли? У тебя? — делано изумился он.

Наш разговор сворачивал куда-то не туда, меня кружили эмоции. Словно признание Янтарчика имело значение. Словно мне есть какое-то дело до мужских интересов Эрвина. Но дела-то нет!

— Не знаю, о чём ты подумала, Августа, но мы не в светском обществе. Поэтому забудь о приличиях, здесь они другие. У тебя нет курирующего курса, поэтому заниматься пробелами в твоём образовании буду я. Всё.

Ну вот догадка и подтвердилась.

Я могла сказать много разных слов, привести доводы, объяснить как подобная ситуация будет выглядеть с точки зрения девчонок и вообще всех, даже воззвать к драконьей совести, но не стала.

Ограничилась коротким и безысходным:

— Вы меня без ножа режете.

Директор заломил бровь.

Тоже хотел что-то сказать, но в итоге передумал и указал на дверь, а я кивнула, заодно утрачивая любое желание рассказывать Эрвину об авантюре, которую предложил Янтарный.

Просто с таким бараном как Эрв не договоришься! Иметь лишнюю тему для разговоров тоже не хотелось — вот не хотелось и всё.

Глава 6

Эрвин

Ожидаемо, но всё равно неприятно — Августу мои планы не обрадовали. Теперь леди не краснела, а розовела, и не от смущения, а от злости. Её недовольство царапало, приходилось держать себя в руках.

Умом я понимал, почему Августа злится, и даже находил такую реакцию разумной, но мне очень хотелось поспорить. Сказать: ты хоть понимаешь разницу между мной и кадетами? Эти сопляки никогда не научат тому, чему могу научить я!

Сказать хотелось, но я молчал, потому что, как ни посмотри, звучало двусмысленно.

Августе не понравится. Августа не оценит.

Уфф!..

Мне предсказывали, что однажды наступит момент, когда собственная репутация начнёт жать, подобно плохим сапогам, а я не верил. Теперь шагал по коридорам школы и ощущал это неудобство в полный рост.

Попутно вспоминался тот проклятый балкон, и госпожа Клос — чтоб её… хоть кто-то полюбил, раз у меня не получилось.

Тогда я испытал досаду от сорвавшейся интрижки, а сейчас был наоборот рад.

Акт любви не состоялся, но моё появление в спальне полковничьей жены было закономерным.

Глупым, неправильным, идиотским — но отказать себе в этой «слабости» я не мог.

Вспоминать опять-таки не хотелось, но перед мысленным взором возникли — спокойный летний вечер, широкая столичная улица, подсвеченная огнями, и случайное столкновение с отставным полковником.

— О, кого я вижу! — воскликнул тогда полковник.