Дракон с гарниром, двоечник-отличник и другие истории про маменькиного сынка

На остановках частенько устраивались импровизированные танцы с притопами, прихлопами, пришлепываниями дам пониже спины и соответствующими взвизгиваниями. В общем, скучно не было. А для полной гарантии у каждого второго с собой было чем смочить горло и повеселить душу. Пристально наблюдавшие за порядком дружинники с повязками (в большинстве своем рядовые сотрудники КГБ и милиционеры в штатском) сквозь пальцы смотрели на организовывавшиеся то тут, то там компании «на троих» и только просили на время отойти из колонны куда-нибудь в подворотню. Правда, культурную чистую подворотню еще найти нужно было: ведь о такой детали, как общественные туалеты по пути следования многотысячных колонн, начали кое-как заботиться только к середине семидесятых годов.

Демонстранты — знакомые и родственники — и до нашего отъезда на Дальний Восток заходили к нам отдохнуть, угоститься и — last but not least — ответить на неумолимый зов природы. А уж после нашего возвращения оттуда, когда папа стал работать в научно-исследовательском институте, а мама в издательстве, их коллеги по работе стали нашими регулярными гостями каждое Первое мая и Седьмое ноября. Часам к двенадцати дня собиралось человек до двадцати, веселились и даже танцевали под патефон, а позже под электропроигрыватель. Бывало, что засиживались до вечера, мило беседовали и заводили новые знакомства: по меньшей мере еще одна инженерно-редакторская чета впервые познакомилась, очутившись рядышком на нашем серо-коричневом диване. Кто-то из наших праздничных гостей вычитал в биографии Маяковского, что когда-то совсем рядом с нами, в упоминавшемся уже доме Адамини, располагалось артистическое заведение под названием «Привал комедиантов». Уже много позже я узнал, что туда любили захаживать не только Глашатай Революции и будущий нарком Луначарский, но и Ахматова, Северянин, Шагал, Добужинский… А тогда начитанный остряк по аналогии окрестил нашу квартиру «Привалом демонстрантов» — с чем все дружно согласились.

Директор и секретарь партбюро маминого издательства специально освобождали ее от похода на демонстрацию в связи с «важным общественным поручением», которое заключалось в приготовлении у нас дома бутербродов, громадного салата оливье и торта наполеон. В папины обязанности входило заранее закупить вино для дам, развести в нужной пропорции сэкономленный всем отделом лабораторный спирт и сопроводить участвующих в складчине демонстрантов от Дворцовой площади к нам на Аптекарский. Когда через несколько лет мы переехали на другую квартиру, это стало немалым разочарованием для коллег по работе моих родителей.

Негде стало отдохнуть и закусить обессиленным демонстрантам — ведь не у моей же бабушки, с которой мы поменялись квартирами.