Моя драгоценность

Вот ещё, ну с чего, с чего все взяли, что у короля так резко поменялись привязанности?! До покоев принцессы Юффи почти бежала, сердито сопя и пытаясь совладать с возмущением. «Милая, а что ты так завелась-то? – ехидно поинтересовалась Лазурка. – К тебе проявил интерес сам король, между прочим, есть, чем гордиться!»"

"– Я тебе уже говорила, пусть с поцелуями к другим лезет! – раздражённо огрызнулась вслух Юффи, благо, никого рядом не было. – Я не как эти… дамочки! Всё, хватит на тему короля.

Драконица благоразумно послушалась. Ручеёк же, вернувшись в свои комнаты, ещё немного почитала, чтобы отвлечься, и легла спать. К сожалению, сон не принёс облегчения, наполненный смутными видениями и снами, не особо подходящими для молодой девушки. Поэтому к завтраку Юффиль вышла хмурая и слегка раздражённая, а вот принцесса сияла улыбкой и демонстрировала отличное настроение.

– Ручеёк, неужели вас так удручает предстоящая прогулка? – весело поинтересовалась она.

Виконтесса смогла улыбнуться.

– Я просто не очень хорошо спала, ваше высочество, – уклончиво ответила девушка. – Думаю, прогулка поможет мне развеяться.

– О, очень надеюсь. Вам больше идёт улыбка, – Нимира склонила голову к плечу, окинув собеседницу задумчивым взглядом. – И давайте в дальнейшем без титулов, я всё-таки хоть и принцесса, но младшая.

– Как скажете, – повеселев, отозвалась Юффиль.

Но едва она потянулась за чайником, чтобы налить себе чаю, в дверь раздался негромкий стук. Брови Нимиры поднялись, она покосилась на замершую виконтессу, а та уставилась на дверь, будто за ней находилась змея.

– Ведь ещё не двенадцать, – пробормотала она, чувствуя, как от внезапного волнения сердце забилось в горле.

«Так там и не его величество, – невозмутимо отозвалась Лазурка. – Служанка какая-то». Юффиль не удержала облегчённого вздоха, за что заработала ехидный смешок от Нимиры, и хозяйка покоев пригласила войти.

– Для виконтессы де Фродан, – служанка присела в реверансе и протянула серебряный поднос.

На котором одиноко лежал пушистый пион нежно-розового цвета, и кое-где на лепестках поблёскивали капельки росы. Ручеёк порадовалась, что не держит в руках чашки: несомненно, она бы выронила посуду. Сомневаться, от кого цветок, не приходилось. Настолько тщательно играть во вроде бы возникшую между ними привязанность Рихет вряд ли будет, а значит, оставался только один вариант.

– Как мило, – вполголоса проворковала Нимира. – Что же вы, миледи, берите. О, кажется, тут ещё записка, – принцесса взяла сложенный вчетверо листок и протянула Юффи.

Та стиснула зубы и взяла записку. «Захватите его с собой. Он не завянет ещё очень долго». Конечно, подписи не было, да и зачем она, когда и так всё понятно.