Дозоры

Пустые, выкрашенные тоскливой зеленой краской коридоры. Я двинулся по коридору.

Мелодия крепла, петляла в воздухе, взмывала и падала. Будто затейливый перебор классической гитары – и тонкие ноты скрипки.

Вот это как – настоящий зов вампира, нацеленный на тебя…

– Спешу, спешу, – пробормотал я, сворачивая к другой кодовой двери. Позади хлопнуло – это следом вошел Лас.

Новый замок, новый код. Шесть, три, восемь, один.

Я распахнул дверь – и оказался на летном поле.

Медленно полз по бетону пузатый аэробус. Подальше, ревя турбинами, выруливала на старт «тушка».

Метрах в пяти от двери стоял Костя. В руке он держал маленький аккуратный пластиковый «дипломат» – я понял, что там и лежит «Фуаран». Рубашка на Косте была порвана – будто в какой-то миг внезапно стала слишком мала.

Похоже, выпрыгнув из поезда, он вошел в трансформацию, не до конца раздевшись.

– Привет, – сказал Костя.

Музыка исчезла, оборвалась на половине ноты.

Я кивнул:

– Привет. Быстро ты долетел.

– Долетел? – Костя покачал головой. – Нет… летучей мышью на такие расстояния тяжело.

– И кем же ты обернулся? Волком?

Абсурдный в своей светскости разговор завершился совершенно нелепым ответом Кости:

– Зайцем. Огромным серым зайцем. Допрыгал помаленьку…

Я не удержался – хихикнул, представив себе исполинского зайца, бегущего по огородам, огромными прыжками форсирующего ручьи и перескакивающего через заборы. Костя развел руками:

– Ну… и впрямь смешно получилось. Ты как? Не слишком… я тебя? Зубы целы?

Я постарался улыбнуться как можно шире.

– Извини. – Костя казался на самом деле огорченным. – Это все от неожиданности. Как ты понял, что книга у меня? Коктейль?

– Да. Для заклятия нужна кровь двенадцати человек.

– Откуда ты узнал? – задумчиво спросил Костя. – Никаких данных по «Фуарану» нет… а, не важно. Я хочу с тобой поговорить, Антон.

– Я тоже, – согласился я. – Сдавайся. Ты еще можешь спасти свою жизнь.

– Я давно не-живой, – улыбнулся Костя. – Что, забыл?

– Ты понимаешь, о чем я.

– Антон, не лги. Ты же сам себе не веришь. Я убил четырех Инквизиторов!

– Трех, – поправил я. – Витезслава и двоих в поезде. Третий выжил.

– Велика разница. – Костя поморщился. – И одного никогда не прощали.

– Это особый случай, – сказал я. – Скажу честно, Высшие напуганы. Тебя уничтожат, но цена победы будет слишком высока. Высшие пойдут на переговоры.

Костя молчал, пристально смотрел на меня.

– Если ты вернешь «Фуаран», если добровольно сдашься, то тебя не тронут, – продолжал я. – Ты же законопослушный. Это все книга, ты был в состоянии аффекта…

Костя покачал головой:

– Да не был я в состоянии аффекта. Эдгар не воспринял слова Витезслава всерьез. А я – поверил. Обернулся, долетел до избушки.