Дозоры

– Это я, – мрачно сказал Витезслав. – Снять?

– Снять? – рявкнул Гесер. – Вы воздействовали магией на моего мальчика! Вы представляете, какой это шок, в его-то возрасте? А? И кем он теперь станет, после инициации? Темным?

У меня глаза на лоб полезли. Костя что-то слабо пискнул. Эдгар клацнул зубами.

И, наверное, все одновременно мы посмотрели на Тимура Борисовича сквозь Сумрак.

Аура потенциального Иного была совершенно явной.

Тимуру Борисовичу не было нужды подставляться под клыки вампира или оборотня. Он мог стать вполне приличным магом. Четвертой-пятой ступени.

К сожалению, скорее Темным магом… Но…

– И что мне теперь делать? – продолжал Гесер. – Вы набросились на малыша, напугали его, подавили волю…

Престарелый «малыш» слабо елозил пальцами по узлу галстука – все старался завязать виндзорский узел поаккуратнее.

– Теперь он станет Темным? – возмущался Гесер. – Так? Это что, было специально спланировано? Сын Гесера – Темный маг?

– Я уверен, что он стал бы Темным в любом случае… – сказал Витезслав. – С его-то образом жизни…

– Ты подавил его волю, толкнул к Тьме, а теперь делаешь подобные заявления? – угрожающим шепотом сказал Гесер. – Инквизиция считает себя вправе нарушать Договор? Или это твой личный выпад… все не можешь забыть Карлсбад? Мы можем продолжить тот разговор, Витезслав. Здесь не Красная Купальня, но места для дуэли нам хватит.

Секунду Витезслав колебался, пытался выдержать взгляд Гесера.

А потом сдался:

– Моя вина, Гесер. Я не подозревал, что этот человек – потенциальный Иной. Ведь все говорило за обратное… эти письма…

– И что теперь? – рявкнул Гесер.

– Инквизиция признает свою… свою поспешность… – сказал Витезслав. – Ночной Дозор Москвы вправе взять этого… этого человека под свою опеку.

– Провести его реморализацию? – спросил Гесер. – Инициировать после того, как он обратится к Свету?

– Да… – прошептал Витезслав.

– Что ж, тогда будем считать конфликт исчерпанным. – Гесер улыбнулся и похлопал Витезслава по плечу. – Не переживай. Все мы порой делаем ошибки. Главное – их исправить, верно?

Железная у него была выдержка, у этого древнего европейского кровососа.

– Верно, Гесер… – печально сказал он.

– Кстати, а Иного-предателя вы поймали? – поинтересовался Гесер.

Витезслав покачал головой."

"– Что там у сынишки в памяти… – вслух спросил Гесер. Посмотрел на Тимура Борисовича, уже стоящего при всем параде. – Ай-ай-ай… Олег Стриженов. Кинозвезда шестидесятых… Какая наглая маскировка!

– Видимо, предатель любит старое русское кино? – спросил Витезслав.

– Видимо. Я лично предпочел бы Иннокентия Смоктуновского, – ответил Гесер. – Или Олега Даля. Витезслав, глухо дело. Предатель не оставил следов.