Дозоры

Нам нужен тот, кто проговорился. Кто обещал ему инициацию.

– Да ничего он не знает! – возмутился я. – Проверил я память, все чисто. Предатель приходил в образе киноактера прошлого века. И никаких следов не оставил.

– Посмотрим, – решил Костя. – Пусть натянет штаны, и я его заберу.

Вот это уже было наглостью!

– Я его нашел, и он пойдет со мной! – рявкнул я.

– А мне кажется, что ты собирался скрыть улики, – тихо, но угрожающе произнес Костя.

За нашей спиной медленно вытирался старик, даже не подозревавший о ведущемся в Сумраке разговоре. А мы буравили друг друга взглядами, и никто не хотел уступать.

– Он пойдет со мной, – повторил я.

– Подеремся? – почти весело спросил Костя.

И одним скользящим движением оказался рядом со мной, пытливо заглянул в глаза. Его зрачки в Сумраке светились красноватым огнем.

Да он же хочет этой схватки!

Он ее уже много лет хочет! Чтобы окончательно убедить себя – правда за Высшим вампиром Константином, а не за наивным юношей Костей, мечтавшим избавиться от проклятия и снова стать человеком…

– Я тебя уничтожу, – прошептал я.

Костя только усмехнулся:

– Проверим?

Я посмотрел себе под ноги. Тень была чуть видна, но я поднял ее – и скользнул в следующий слой Сумрака. Туда, где стены здания едва угадывались в тумане, а пространство наполнял тревожный низкий гул.

Лишь мгновение я находился в этой выигрышной позиции один.

Костя возник на втором слое Сумрака вслед за мной. Вот теперь он сильно изменился – лицо напоминало обтянутый кожей череп, глаза ввалились, уши заострились и вытянулись.

– Я многому научился, – прошептал Костя. – Ну что, с кем пойдет подозреваемый?

И тут раздался чужой голос:

– У меня есть предложение, которое всех устроит.

В сером тумане материализовался Витезслав. Его тело тоже было искажено и парило, будто кусок сухого льда на солнце. Я вздрогнул – пражский вампир пришел из третьего слоя Сумрака, из тех слоев, которые мне не были доступны. Какова же его сила?

Вслед за Витезславом появился Эдгар. Магу путешествие на третьем слое давалось с трудом – он шатался и тяжело дышал.

– Он пойдет с нами, – продолжал Витезслав. – Мы не склонны подозревать Антона Городецкого в злом умысле. Но мы учитываем подозрения Дневного Дозора. Дознание переходит к Инквизиции.

Костя ничего не сказал.

Молчал и я. Мало того что Витезслав был в своем праве. У меня просто не было возможности ему противостоять.

– Выходим, господа? – продолжил Витезслав. – Здесь неуютно.

И через секунду мы вновь стояли в большой просторной ванной комнате, где Тимур Борисович, прыгая на одной ноге, пытался влезть в трусы.

Витезслав дал ему время натянуть исподнее.