Дозоры

Слишком похожая на человека, и именно поэтому грязная и тупая…

Хорошо, что я – Иной, а не человек.

Вот и «Проспект Мира»; лесенка, поворот направо, эскалатор, и поезд как раз подходит. «Рижская». «Алексеевская». «ВДНХ». Из вагона – направо, это я всегда знал."

"Длинный-длинный эскалатор, на котором почему-то ни о чем не думается. Опять назойливая реклама. Подземный переход. И гостиница. Подковообразный монстр французской архитектуры. Впрочем, гостиница изменилась, и заметно. Добавилось подсвеченных вывесок, ярких огней; опять же – казино, призовая иномарка на постаменте. Девки какие-то, несмотря на мороз, в стороне курят. И внутри – швейцар, разом сглотнувший ладонью сотенную бумажку. Зато мгновенно отнял у меня сумку и препроводил к стойке. Время было не особо позднее, поэтому в фойе все еще оставалось людно. Кто-то говорил по мобильнику, громко, на весь холл чеканя арабские фразы, сразу с нескольких сторон доносилась музыка.

– Люкс, – сказал я небрежно. – Одноместный. И, пожалуйста, пусть не звонят и не предлагают девок. Я работать приехал.

Деньги – великая вещь. И номер мгновенно нашелся, и ужин мне сразу же посулили с доставкой в номер, и пообещали, что звонить никто не будет, хотя в это мало верилось. И зарегистрироваться сразу же предложили, потому что паспорт-то у меня украинский. Я зарегистрировался. Но вместо того чтобы мирно отбыть к лифту, куда меня заботливо направили, я устремился к неприметной двери в самом темном и пустом углу фойе.

Табличек на этой двери не было. Никаких.

Портье посмотрел мне в спину с неподдельным уважением. А остальные, по-моему, вообще перестали замечать.

За дверью обнаружился замызганный кабинет – наверное, единственное помещение в гостинице, которое не приобрело европейского вида, а словно шагнуло сюда из дремучего совка семидесятых.

Обычный стол – не облезлый, но видавший виды, обычный стул и престарелый польский телефонный аппарат «Aster» в центре стола. На стуле восседал щуплый мужичок в форме сержанта милиции. На меня он поднял вопросительный взгляд.

Сержант был Иным. Причем Светлым – это я понял сразу.

Светлым… Хм. А я какой? Кажется, я – не Светлый. Точно, не Светлый.

Ну, тогда вопрос снят.

– Здравствуйте, – поздоровался я. – Я бы хотел зарегистрироваться в Москве.

Милиционер со смесью недоумения и раздражения в голосе процедил:

– Регистрация у портье… При поселении. Без поселения – нельзя.

И пошуршал газетой, которую до моего прихода штудировал с карандашом в руке, – кажется, он отмечал интересные объявления из совершенно необъятного списка.

– Обычную регистрацию я уже прошел, – пояснил я. – Мне нужна иная регистрация. Кстати, я не представился. Виталий Рогоза, Иной.

Милиционер сразу подобрался и посмотрел на меня по-новому.