Дозоры

Посмотрел на меня, на Свету, на Егора. — Вы не смогли ничего сделать?

Он перевел взгляд на Инквизитора — тот поднял голову и кивнул.

Больше ему никто не ответил.

Кривая улыбка появилась на лице Завулона.

— Какие усилия, и все окончилось фарсом. Лишь потому, что истеричная девчонка не захотела бросить своего нерешительного возлюбленного. Антон, ты меня разочаровал. Светлана, ты меня порадовала. Гесер, — Темный посмотрел на шефа, — мои поздравления с подобными сотрудниками.

За спиной Завулона открылся Портал. Тихо смеясь, он вошел в черное облако.

С земли до меня донесся тяжелый вздох. Я не видел, но знал, что там происходит. Один за другим Темные дозорные выходили из сумрака. Кидались к припаркованным вокруг здания машинам, спеша увести их подальше от деревьев. Пригибаясь, бежали к соседним домам.

А следом покидали оцепление Светлые маги. Некоторые — для тех же простых и понятных человеческих действий. Вот только большинство, я знал это, оставались на месте, вглядываясь вверх, на крышу здания. Тигренок, с виноватым на всякий случай лицом. Семен — с мрачной улыбкой Иного, повидавшего и не такие бури, Игнат — с неизменно искренним сочувствием.

— Я не смогла этого сделать, — сказала Светлана. — Гесер, простите. Я не смогла.

— Ты и не могла, — ответил я. — Да и не должна была…

Я раскрыл ладонь. Посмотрел на маленький кусочек мела, который в моих руках стал просто мокрым и липким кусочком мела. Заточенным с одной стороны. Неровно сломанным с другой.

— Давно понял? — спросил Гесер. Подошел, сел со мной рядом. Его щит раскинулся над нами, и рев урагана стих.

— Нет. Только что.

— Что происходит? — выкрикнула Светлана. — Антон, да что происходит?

Ей ответил Гесер:

— У каждого своя судьба, девочка. У кого-то — править чужие жизни или ломать империи. У кого-то — просто жить.

— Пока Дневной Дозор ждал твоих действий, — пояснил я, — Ольга, взяв вторую половинку мела, переписала чью-то судьбу. Так, как хотелось Свету.

Гесер вздохнул. Протянул руку, коснулся Егора. Мальчик зашевелился, пытаясь подняться.

— Сейчас, сейчас, — ласково сказал шеф. — Все уже кончилось, заканчивается.

Я обнял мальчика за плечи, положил его голову себе на колени. Он снова затих.

— Скажи, зачем? — спросил я. — Если ты все равно знал все наперед?

— Даже мне не дано знать все.

— Зачем?

— Да потому, что все должно было быть естественно, — с легким раздражением ответил Гесер. — Только так Завулон мог поверить в происходящее. И в наши планы, и в наше поражение.

— Это не весь ответ, Гесер. — Я посмотрел ему в глаза. — Далеко не весь!

Шеф вздохнул:

— Хорошо. Да, я мог сделать и по-другому. Светлана стала бы Великой Волшебницей. Вопреки своему желанию. Егор, вопреки тому, что Дозор и так ему задолжал, превратился бы в наш инструмент.