Дозоры

– Аесарон! – чуть не плача, страшным шепотом произнесла Матрена.

– А ты уж испужалась, старая! – внутренне подбираясь, усмехнулся участковый. – И вместо того чтобы притихнуть, словно мышка, чародействовать принялась по второму рангу. Ну, нормально! Или он тебя уже так точнехонько выследил, что и прятаться поздно?

– Не выследил пока, касатик, ох, не выследил! Но ведь так близехонько он еще и не был!

Денисов не знал и разузнать не пытался, чем когда-то давно насолила ведьма теперешнему руководителю Дневного Дозора. Но насолила крепко, это уж как пить дать. И вину за собой, видимо, чувствовала, и о каре, которая ее постигнет, догадывалась. Надежда у Матрены была только на то, что не сумеет отыскать ее Аесарон в ближайшие пятьдесят-сто лет в сибирской глуши, а потом, может, и забудется ее проступок. Но пока складывалось с точностью до наоборот: хитрый и весьма талантливый в делах Темных бурят стал главой Дозора, да не где-нибудь на Алтае или Дальнем Востоке, а здесь, в этой самой области и еще в двух сопредельных. Ладно, и этот страх она пережила, но теперь-то все ближе подбирался Аесарон! Зимой в райцентр зачем-то приезжал, а сейчас сюда намылился!

Впрочем, все это были личные кошмары Матрены. Денисову же был известен еще один интерес, который мог привести Аесарона в эти края.

– Ты, старая, ишшо разок внимательно погляди на энтот свой… компот, да скажи мне вразумительно, куда он едет.

– Я, касатик, еще на рассвете неладное почуяла! – суетливо двигаясь, зачастила ведьма. – Уже тогда поняла, что он где-то рядышком. Терпела-терпела, да чуть со страху не окочурилась. Вот, травок заварила, чтобы путь его посмотреть. Тут ведь не всякая травка годится, да не во всякий час…

– И что путь? – настойчиво перебил Денисов кудахтающую Матрену.

– Он только до Подкатной горки читается, а дальше… Ой!

У страха, как известно, глаза велики. Любая овца в стаде, обложенном волками, уверена, что охота ведется именно за ней. Вот и у старушки, видать, инстинкты сработали быстрее разума, а теперь, когда немножко отпустило, начала она соображать, оттого и ойкнула, оттого и замерла, прикрыв губы уголком косынки.

– А ведь, может статься, он и не по мою душу, а? – медленно разворачиваясь к Денисову, предположила она.

Участковый нахмурился. Если даже ведьма, насмерть перепуганная грядущим возмездием, пришла к тому же выводу, что и он, то дело может обернуться неприятностью. Рожать Катерине через месяц, а желающих познакомиться поближе да заручиться поддержкой ее мужа становится все больше. Какова наглость?! Средь бела дня!..

– Где он сейчас? – грозно спросил Денисов.

– В машину сел, – глянув в чугунок, охотно поведала Матрена.