Дозоры

Нет же, нужно катаклизм устроить!

Собственно, почему он сразу не догадался, что покалывание в груди – результат чьего-то воздействия? Может, кто-то и сказал бы, что засиделся пожилой маг, размяк от бездействия и окружающей благости, так ведь неправдой это было бы! Наоборот, чем дальше – тем большее напряжение чувствовал Денисов, с большей сторожкостью относился к любому мало-мальски заметному событию. Но, чего уж греха таить, привык считать свой дом и рабочий кабинет этакими крепостями, куда чужакам ход заказан. Четверть века сплетал и переплетал наново, расширял, укреплял и подкачивал Силой охранные заклятья, густой паутиной опутывающие оба здания. Не о собственной безопасности думал, а о том, что, случись неладное, Темные в первую очередь захотят нейтрализовать «Светлый Клин». На улице, во время ежедневного милицейского обхода, сделать это будет крайне затруднительно, а вот в замкнутом помещении – в самый раз. Получится, не получится – это другой вопрос, но дать гипотетическому врагу шанс и тем самым оставить без защиты местных жителей, оказавшись заблокированным в родных стенах, Денисов не хотел, да и права такого не имел, по сути.

Вот и вышло, что пронадеялся он на собственные охранные заклятья, а Матрена все их хитрости разгадала, все «мышеловки» и «капканы» обошла. Сильна, чертовка!"

"Конечно, Денисов поспешил на зов, потому как понимал, что за просто так не стала бы ведьма расходовать Силу. Но понимал он и то, что уговору их, видимо, пришел конец. Перемирие, заключенное давным-давно, держалось на клятвенном обещании одной из самых могущественных представительниц разогнанного Конклава Ведьм не использовать свои истинные возможности. Бытовая магия – не в счет, но никаких серьезных вмешательств, никакой ворожбы, никаких отворотов-приворотов, наведения порчи и прочей ерундистики, иначе о присутствии Матрены в Светлом Клине станет известно Ночному Дозору. Уровень магии, использованной для призыва и пробившей охранную систему Денисова, был значительно, несоизмеримо выше бытового. Что же могло стрястись такого ужасного или неотложного, что Воропаева решила пойти на риск?

Матрену, как и в прошлый раз, участковый застал за печкой. Только теперь отнюдь не пироги она затеяла. Несмотря на то что за окнами наливался прозрачным зноем летний день, за печной заслонкой бушевало пламя. Ни слова не говоря Денисову, хозяйка убрала заслонку, демонстрируя пышущий жаром зев русской печи. Языки огня расступились, и наружу сам собой выехал чугунок. Матрена кивнула на бурлящее варево. Маг посмотрел и ничего не понял. То есть абсолютно ничего. Старушка с досадой всплеснула руками.

– Да ты слепой, что ли?! Видишь? Едет!

– Чугунок? – помедлив, уточнил Денисов. – Едет, вижу.