Дозоры

 – А скажи-ка мне: в вашем таборе только гадают? Или, может, есть у вас настоящая колдунья?

* * *– Проходи, красивая, не стесняйся! – пригласила Лиля, с интересом рассматривая нерешительно замершую на пороге шатра беременную девушку. – Я и ждала тебя, и не ждала…"

"– Как это? – спросила Катя, которая действительно была сильно смущена – и из-за недавних слез, и из-за своего поступка, и из-за откровенного, бесцеремонного любопытства, которым встретила ее Лиля.

Цыганка была молода и хороша собой, так хороша, что Катерина моментально поверила в деревенские страшилки о том, как парни теряют головы, как бросают жен и детей ради вот таких красавиц, как уходят в ночь, в степь, в горы, в тайгу – вслед за табором. Неотразимая женщина. Роковая женщина. Колдунья.

Тряхнув роскошными волосами, цыганка рассмеялась:

– А вот так! Однажды мы бы с тобой встретились – это правда, изумрудная моя. Но не сейчас, а когда у тебя другого пути не останется… Не увидела я этой нашей встречи. Как же ты, золотая, не испугалась прийти ко мне? Как же отпустили тебя?

– Я не отпрашивалась! – ответила Катя и тут же пожалела об излишней резкости, с которой произнесла эти слова. – И вообще – я вроде бы не маленькая, чтобы цыган бояться.

Лиля кивнула. Поднялась тонкая рука, звякнули многочисленные браслеты, сверкнули в полумраке монетки мериклэ.

– Ты проходи, Катюша, садись, где тебе удобно.

Под пологом шатра было мрачно и довольно пыльно – ветром наносило мелкий песок с берега реки. Повсюду валялись тюки и баулы с тряпьем. Выбрав более или менее чистый сорок [51], Катерина присела, смяла в ладонях пустую авоську.

– Я разве представилась? Или вы про всех местных жителей справки навели, чтобы при случае поражать своими способностями ясновидящей?

– Ах, крапива, ах, кусачка! – снова рассмеялась Лиля, усаживаясь напротив. – Мне нет нужды доказывать, есть ли у меня способности. Впечатление произвести пусть пытаются те, к кому доверия нету. А раз ты сюда пришла – значит, веришь, что я могу помочь.

– Я и сама не знаю, почему сюда пришла, – тихонько призналась Катя.

– Аи, чячё. Правду говоришь, красивая! Если бы ты заранее знала, что сюда соберешься, тебя быстренько бы переубедили – ты бы и не заметила. А вообще это даже смешно: при таком отце да при таком муже – к цыганке идти!

– Что это значит? Вы знакомы с папой и Николаем?

– С папой твоим, драгоценная, – да, была когда-то знакома. С Николаем видеться не приходилось, но кое-что о нем слышала.

– И почему же вы считаете, что при такой родне – смешно ходить к цыганке?

– Не бери в голову, алмазная моя! Как самочувствие твое сапфировое? Как Данилка? Не слишком озорничает?

Вот тут Катя испугалась по-настоящему.