Дозоры

С его помощью можно восстановить баланс между силами Света и Тьмы, как бы он ни был нарушен.

– Атомную бомбу один раз уже применили. Даже два. Как и Фуаран. Хватит.

– Ты… слишком молод, наставник. Ты радеешь за детей, это похвально. Только ты никогда не терял своих детей. Все мои дети, мои жены, моя мать и даже отец умерли не своей смертью. А я был слишком неопытным Иным, чтобы этому помешать. Если бы у них была хотя бы часть даже тогдашней моей Силы! Но я это пережил. Теперь я хочу только сохранить мир. Любой ценой.

– Мир был такой, какой есть, и без атомной бомбы, Великий. Но ядерный запас так просто не уничтожить. А вот книги… Некоторые стоит и сжечь. Прошу меня дождаться.

Дмитрий повернулся спиной к Александру и поднялся наверх, в сруб.

Анна ждала его, сидя на краешке одного из баков и болтая ногой. Книга лежала у нее на коленке. Еще Дмитрий заметил несколько потухших свечек, а у самого бака на полу – изрисованную бумагу и кисти в стакане. Даже бутылку с водой: смышленая девочка догадалась принести, в башне-то давно уже сухо. Почему-то нигде только не было красок."

"– Что ты с ней сделала? – спросил Дмитрий. Покосился назад и снова повернулся к ученице. – Не бойся, он не услышит.

Восходя по лестнице, надзиратель на всякий случай опять установил барьер. На слово Великого надейся, а сам, однако, не плошай.

– Я и ее тоже обманула.

– Кого?

– Тень. Сказала ей, что книгу поняла неправильно. Что надо по-другому. Без слов сказала, одними мыслями. Она уже начала… воплощать. Я слилась с ней и исказила книгу. Не знала, что получится, и просто переставила кое-что местами. Тоже мысленно. А когда все вышло, уже знала.

– Что знала?

– Ну, что все будет тоже наоборот, если прочитать. Не человек станет Иным, а Иной человеком. А если бы я не сказала в конце «Александр», вы бы тоже способности потеряли.

– Надо бы тебя, конечно, выпороть, – сказал Дреер. – Но ты, похоже, всех спасла. Меня и себя точно.

Анна потупилась и покраснела.

– А теперь порви книгу и сожги.

Девочка вскинулась и быстро заговорила:

– Дмитрий Леонидович, а может, не надо? Это же даже лучше, чем настоящий Фуаран. Можно вылечить вампиров, можно оборотней опять людьми сделать…

Дмитрий видел сквозь Сумрак, что творится с ее аурой. Сколько там надежды, воодушевления и страха.

Неужели он их предаст? Всех «мертвых поэтов» и ее? Ведь девочка права. Они не хотят пить кровь, даже донорскую. Не хотят есть сырое мясо, душить кроликов и употреблять смеси с человеческими тканями, оставшимися после операций. Они могут перестать быть вервольфами, нагами и вурдалаками. Сейчас им открывается то, что недоступно даже Высшим вампирам, даже самым древним оборотням-смилодонам. Неужели он их этого лишит?

Неужели он такой… Инквизитор?

– Нет, – сказал Дреер.