Новогодний Дозор

Лореаса представляет себе, как красавица Гелле станет славить Деву Сновидений, и цветные лучи, падающие сквозь витраж, окрасят ее белое платье в сказочные цвета. Она улыбается. Давно Лореаса даже в мыслях перестала называть Гелле падчерицей, она почти забыла, что Кодор был женат прежде."

"Как жаль, что нельзя совсем забыть об этом… Всякий раз, когда близнецы запевают знакомые Сны или учатся новым, младшая сестра смотрит на них с неизбывной скрытой тоской. И волей-неволей Лореаса вспоминает, что Гелле – человек, прах земной, что ей никогда не суметь того же, ей нельзя даже думать о колдовской науке. Как восполнить это злосчастное неравенство? Чем заменить чудеса? Геллена умна и все понимает, она пытается справляться сама и утоляет тягу к знаниям, изучая добрые людские науки и ремесла. Родные помогают ей, как могут. Кто-то скажет, что они потакают ее капризам. Отцу уже не раз намекали доброхоты, что дочери его трудно будет выйти замуж: если математика и медицина еще могут пригодиться хорошей хозяйке, то механика и оптика девушку только испортят. Кодор в ответ им только хохотал и отвечал, что танцевать, шить и готовить его тринадцатилетняя дочь умеет лучше всех сверстниц в городе…

Было дело, Лореаса ставила ее в пример родным дочерям. Где еще увидишь такое прилежание!

А кроме того, она красива и скоро станет еще красивей.

Но однажды, поддавшись уговорам, добросердечная Лореана спела для нее платье из зеленой моховой парчи, украшенное лютиками и незабудками. Платье прожило несколько часов, а потом увяло. Геллена проплакала всю ночь, а наутро старалась не подавать виду, но глаза у нее были красные и опухшие… Лореаса отвела старшую дочь в спальню и там, не повышая голоса, отругала ее так, что под конец Лореану трясло. Но уже ничего нельзя было исправить.

Пускай священница никогда не пригласит некромантисс в храмовый хор. Геллена с радостью отказалась бы от этой привилегии ради возможности по-настоящему поддерживать песню Девы своим голосом…

Храм прекрасен. Чудится, будто он испускает золотое сияние, и если подойти поближе – станет соперничать с солнцем. Стройные контрфорсы похожи на стволы деревьев, легкие арки – словно сплетенные ветви, архивольты изукрашены листьями и цветами. Свет играет и искрится на витражах. Высокие своды расписаны чудесными картинами. В венце капелл позади хора выставлены дары, принесенные Деве мастерами. Самые разные вещи можно увидеть там: причудливые вышивки, танцующие заводные статуэтки, диадемы и кольца, вазы, картины и веера. Все эти прекрасные изделия мастера увидели во сне, и поэтому, изготовив, подарили Деве.

Горожане рассаживаются по скамьям. Кодор машет рукой с первого ряда, подзывая жену и дочерей.