Дознание в Риге

Где только ни побывали мы с ним… По Литейному гуляли, потом по Обводному, до Коломны дошли. К вечеру, признаться, я еле ноги волочил. А ночевать субъект пришел на Васильевский остров, в Девятую линию. Вот, здесь адрес и выписка из домовой книги. Зовут Леонид Павлович Алеев. Титулярный советник в отставке, служил по почтовому ведомству.

– Не заметил тебя Леонид Павлович?

– Никак нет.

– Грошевой! Ты мне англичан обещал.

– Сейчас, ваше высокоблагородие. Англичане появились не у меня, а у Сохраничева.

– Он пошел за фланером из Таврического сада?

– Так точно. И прибыли они друг за дружкой на Левашовский проспект в дом одиннадцатый.

– Ух ты! – обрадовался подполковник. – Прямым ходом?

– Прямее некуда.

– Как-то странно. Неосторожно с их стороны.

На Левашовском помещался петербургский филиал англо-датской фирмы «Абент и Столыгво». Фирма официально поставляла на текстильные предприятия России станки и инструмент. На самом деле, как уже знала русская военная разведка, это служило лишь прикрытием. «Абент и Столыгво» была явочной квартирой британской секретной службы.

Артлебен помолчал, потом нехотя признал:

– Ловко они нас одурачили. Хозяин «Дюны» – немец, директор будто бы тоже. Правда, в Касселе такого никто не знает. А Карл Наринг там родился… по бумагам. А? Что скажешь, Сергей Самойлович?

– Легендированный агент, Владимир Павлович. Англичане – мастаки на подобные дела.

– Похоже. Значит, «Дюна» – британская резидентура в Риге. И Таубе был прав. Во дает наш барон… Надо срочно сообщить ему, пока он там все поместья не распродал.

Через три дня после визита на Большую Соборную в номера Мишке позвонили и попросили позвать к аппарату господина Гулбиса.

Тот взял отводную трубку и услышал:

– Юрис Рейнович, доброе утро. Это Клауэ. Помните меня?

– А как же! Доброго вам здоровья, Фриц Янович. Неужели хорошие новости подоспели?

– Не то чтобы новости, но вам надо прийти к нам.

– А для чего?

– С вами хочет познакомиться директор, господин Наринг.

– Вот как? Разумеется, я буду. Когда удобно господину директору?

– Сегодня в три часа. Сумеете?

– Обязательно приду, герр Клауэ. И спасибо, что не забыли мою скромную персону!

Без пяти минут три Гулбис сидел на стуле и неотрывно смотрел на циферблат напольных часов. В «Дюне» опять был только Клауэ. Он возился с бумагами, искоса поглядывая на соискателя места. Потом вдруг спросил:

– А что у вас вышло в Шлиссельбурге?

– Вы откуда знаете? – удивился латыш. Потом хлопнул себя по лбу: – А, понимаю. Справки собрали?

– Мы с кем попало не работаем, – уклончиво ответил помощник директора. Тут распахнулась дверь, и вошел стройный седовласый красавец в дорогой визитке.

– Страфстфуйте!

– Здравствуйте.