Доверие

Из-за повисшей тишины комната, кажется, уменьшается в размерах.

Уже не заботясь о том, увидит ли Джейк красноту моих глаз и мокрые щеки, поднимаю голову.

– Никто со мной не разговаривает.

Прежде чем он вымолвит хоть слово, я бегу вверх по лестнице, отчаянно желая оказаться в своей комнате, подальше от их взглядов. Запираю дверь и падаю на кровать, накрыв глаза руками, чтобы остановить слезы.

Боже, зачем я это сделала? Твою мать, ну что за идиотка. Теперь дядя отправит меня домой, потому что я не могу совладать с эмоциями и со мной слишком много хлопот.

Не нужно было этого делать. Я никогда не конфликтую, но скорее с кем-нибудь поругаюсь, чем пролью слезы. Это тактика слабого человека для прекращения спора. Нечестно, когда кто-то начинает рыдать.

Теперь Ван дер Берги будут считать меня еще более никчемной, чем прежде. Слабой. Той, кого легко сломить. Проблемой, вокруг которой нужно ходить на цыпочках.

Сколько детей с радостью бы согласились жить с моими родителями, если бы это означало, что они будут обеспечены едой и одеждой каждый день? У меня есть все, и я сейчас расклеилась перед ними из-за пустяка.

Всем бы так повезло, как мне.

Проснувшись, я моргаю. Перед глазами уже все плывет из-за слез. Сажусь, свешиваю ноги с края кровати, склоняю голову и делаю глубокие вдохи.

Сейчас ранее утро, судя по синеватому оттенку света, просачивающегося через балконные двери.

Слеза повисает на моей губе. Я вытираю ее рукой. До сих пор помню множество мелочей из детства. Сами по себе эти детали никогда не казались ужасными, но спустя годы стало ясно… разговоры, которые я, как казалось, прерывала, мероприятия, куда меня не приглашали или где мне были не рады, ласка, которой родители так свободно делились друг с другом, но не давали мне… все это очень больно ранило. Боль накапливалась год за годом, пока я не перестала переживать из-за этого.

Точнее, перестала показывать, что переживаю.

Выдохнув, запрокидываю голову назад. Вдруг что-то привлекает мое внимание – на прикроватном столике стоит белый пакет. Я прищуриваюсь, протягиваю руку и поднимаю его. Помятая бумага уже не такая жесткая и хрустящая на ощупь.

Горсть содержимого на дне умещается на моей ладони, и я чую запах мишек с корицей раньше, чем открываю пакетик.

Откуда он взялся? Ведь я выбросила конфеты.

Однако теперь спереди на упаковке появилась надпись черным маркером. Расправив пакет, читаю слова в луче солнечного света.

Бросив взгляд на дверь спальни, замечаю, что та приоткрыта. Я закрыла и заперла ее на замок, когда легла спать.

Меня захлестывают мысли, но пульс не ускоряется. Мне стоит рассердиться. Кто-то вошел сюда, пока я спала. Кто-то рылся в моем мусоре.

Кто-то оставил издевательскую записку на бумажном пакете.

Только он не ошибся.