Доверие

Он берет меня за руку, и мы бежим к пещере, которую замечаем впереди. Нырнув туда, укрываемся от ветра, снега и льда. Я стягиваю с себя капюшон и балаклаву, вытираю щеки ладонью, облаченной в перчатку.

– Ты в порядке? – интересуется парень.

И он будет прав. Мы поступили глупо.

Однако я, наверное, все равно отправилась бы на поиски Калеба.

Дрожа, Ной сбрасывает куртку и выдыхает на руки.

– Мне казалось, ты вырос здесь? – дразню его.

Собираясь снять рюкзак, чувствую, что снежинки продолжают падать на мои щеки, и запрокидываю голову. Сверху струится свет. И справа тоже.

Это не пещера. А тоннель.

Сжав лямки рюкзака, опять натягиваю капюшон и выхожу наружу. С этой стороны тоже идет снег и мелкий град, но ветер дует слабее. Гораздо слабее.

Над нами возвышаются деревья, пихты и ели, укутанные снегом, слышен шум воды. Лощина размером вдвое меньше футбольного поля с обеих сторон окружена скалистыми утесами. Других путей доступа, помимо того, откуда пришли мы, я не вижу. Местность защищена горами и лесом. Несмотря на преграды, непогода все равно прорывается сюда, хоть и не так яростно.

Подняв взгляд, замечаю домик на вершине холма.

– О, благодарю тебя, Господь! – выкрикивает Ной позади меня.

Мое сердце подпрыгивает в груди. Я закрываю глаза и улыбаюсь.

– Калеб! – Вновь закричав, парень бежит к коттеджу.

Последовав за ним, я поднимаюсь на маленькое крыльцо. Мы сбрасываем свои рюкзаки с ружьями и стряхиваем налипший снег с обуви.

– По крайней мере, мне теперь не грозит смерть, – ворчит Ной. – Если бы я не уберег тебя, они бы меня прикончили.

Засмеявшись, распахиваю дверь, вхожу в дом и окликаю:

Однако улыбка сползает с моего лица раньше, чем я знакомлюсь с обстановкой.

Кровь лавой растекается по телу. Кажется, я перестаю дышать. Джейк был прав, когда сказал, что это место не для меня. Комната всего одна, с плитой, камином, двумя кроватями и тремя окнами. Ни других дверей, ни ванной. Просто коморка, где можно приготовить еду и переночевать во время рыбалки, только и всего.

Влажный воздух проникает в помещение. Я оглядываюсь по сторонам в попытке найти любые зацепки, указывающие, что все было не напрасно.

– Калеба здесь нет, – произносит Ной, протиснувшись мимо.

– Но был, да? – спрашиваю я. – Возможно, он охотится.

Парень подходит к плите, поднимает кастрюлю. Даже отсюда я замечаю в ней остатки какой-то еды.

– Все замерзло. – Он качает головой. – Думаю, Калеб был здесь. На посуде нет пыли, значит, ее недавно мыли, но прошло, по меньшей мере, несколько дней.

Направившись к смятой постели, поднимаю простынь и нюхаю ее. Кроме холода и запахов хижины ничего не ощущаю.

– Куда еще он мог пойти? – Я отбрасываю простынь. – Может, Калеб отправился обратно домой, а мы с ним разминулись?

– Он бы не оставил здесь оружие.