Дотянуться до звёзд

 – Думаю, многие проблемы в этой стране разрешились бы, если бы мужчины смело выражали свои чувства, а не подавляли свои эмоции, пытаясь демонстрировать маскулинность и силу.

– Ну уж, ну уж, – усмехнулся Пол, поднимая бокал.

Отем погладила Коннора по щеке тыльной стороной ладони.

– Надеюсь, ты никогда не бросишь писать стихи.

– Не брошу, – ответил он и кашлянул, глядя куда угодно, только не на меня.

– Чудеса, да и только. – Она пожала плечами и повернулась к Джефферсону. – А ты за что благодарен, милый, помимо того, что у тебя такая чудесная невеста?

– Я горжусь и благодарен, что такая восхитительная женщина согласилась стать моей женой. Еще я искренне благодарен маме и папе за то, что в конце этого года они позволят мне распоряжаться моей частью средств, чтобы мы с Кассандрой могли начать жить вместе. Жду не дождусь, когда вместе с тобой начну вести дела, папа. Не только ради возможности поддержать семью, но и ради процветания будущих поколений.

Мистер Дрейк поднял бокал.

– Мы с твоей матерью гордимся тобой и благодарны судьбе за такого сына. Надеюсь, ты выполнишь свой долг перед семьей.

Коннор резко вдохнул и медленно выдохнул, потом быстро посмотрел на меня, в его взгляде читалась надежда. Я сразу понял, о чем он думает. Если родители отдают Джефферсону его долю по случаю окончания университета, то, вероятно, сделают то же самое для Коннора. Я не разделял его надежд.

– Хорошо, хорошо, моя очередь, – сказала Ма. – Я безмерно благодарна за то, что мы все собрались здесь сегодня. За Коннора, ведь он мне как сын. За Викторию и Аллена, которые годами заботились о моей семье. Но никакими словами не выразить мою благодарность за ваше недавнее благодеяние.

Я резко поднял голову, повернулся и вопросительно посмотрел на Коннора – «Какого черта?» – но тот лишь покачал головой: «Понятия не имею, о чем речь».

– О чем ты говоришь, Ма? – спросил я.

– Да, что ты имеешь в виду? – поинтересовался Пол, недоуменно хмурясь.

– Я говорю о доме. Виктория и Аллен спасли меня от бесконечных тревог, мучивших меня полжизни.

– Ма, – проговорил я. Зародившееся в моей душе ужасное подозрение окрепло.

– Они купили мне дом! – воскликнула моя мать. – Ну разве не чудо? Чудесный домик на Юнион-стрит! – Она посмотрела на Пола. – Представляешь, Виктория предлагает мне его посмотреть и сказать, что я думаю. На следующей неделе – это было в прошлый вторник – она отдает мне ключи. Можешь в это поверить, Уэс?

– Нет, – ответил я. – Не могу.

Ма промокнула глаза салфеткой, и Пол деревянным движением обнял ее за плечи, посмотрел на меня и нахмурился еще сильнее.

«Он не одобряет». Сначала эта мысль немного меня успокоила, но горечь взяла верх. «Черт возьми, это не его собачье дело».