Дороти должна умереть

Там они слились воедино и стали пульсировать в такт музыке, как огромное рубиновое сердце.

Затем сердце начало медленно опускаться. Болтовня в зале затихла, и все взгляды обратились к нему. Я просканировала взглядом толпу, пытаясь отыскать главных действующих лиц. Как ни странно, большая их часть куда-то пропала: я не увидела ни Волшебника, ни Озмы, ни даже Глинды с Дороти. Страшила, Лев и Железный Дровосек тоже испарились.

На данный момент в зале остались только звезды второй величины. Достигнув пола, стеклянное сердце взорвалось, осыпав всех вокруг дождем красных искр. Что-то опустилось мне на руку — оказалось, сверкающие красные точки превратились в лепестки роз. Я смахнула их, пытаясь разглядеть что-либо сквозь пелену из блесток, конфетти, лепестков и розоватого дыма. Принцессе стоит отдать должное, она умеет эффектно появиться. В центре зала, там, где пару мгновений назад пульсировало стеклянное сердце, стояла Дороти. За ее спиной появилась свита — Страшила, Железный Дровосек, Лев и Глинда, которые, однако, быстро ушли, смешавшись с толпой.

Дороти была прекрасна и величава, настоящая принцесса с головы до ног. Губы накрашены помадой — без капли ВечноУлыбки, — улыбка принцессы была легкой и расслабленной, дарящей ощущение тепла. На ногтях Дороти сияли настоящие рубины. Локоны были изящно уложены в высокую прическу, по прядям пробегали золотистые прожилки к изумрудному гребню на самом верху — Изумрудный город и дорога из желтого кирпича, как поняла я.

На принцессе было длинное облегающее, расшитое бисером платье, расширяющееся от колен. Корсет был затянут так туго, что я не понимала, как она в нем дышит. Дороти намеревалась продемонстрировать всему миру не только шикарное декольте: сбоку платья был разрез, открывающий и другие формы принцессы. И, конечно же, туфли. С появлением Дороти толпа словно сошла с ума. Аплодисменты и крики раскатисто разносились по всему залу. Дороти взмахнула ресницами, изображая скромницу, и махнула рукой, безмолвно говоря: «Ах, ну что вы».

Мимо принцессы проплыл поднос. Даже не глядя, она подхватила бокал с коктейлем и, выпятив пухлые губки, сделала изящный глоток. До-олгий глоток. Наконец, когда бокал наполовину опустел, Дороти промокнула уголок губ салфеткой и подняла руку, призывая своих восторженных вассалов к тишине.

— Благодарю, — произнесла принцесса приторно-сладким голоском. — Я так рада, что все вы смогли приехать этим вечером сюда, чтобы отпраздновать со мной столь замечательное событие.