Дорогой Джон

— И что ты собираешься делать?

— Добывать деньги, — сказала она. — У меня нет выбора. Нам помогает весь город. Как только разнеслась весть о болезни Тима, в местной газете напечатали очерк, в теленовостях прошел сюжет, и по всему городу начался сбор средств. Местный банк даже открыл специальный счет. Помогли мои родители, помогает центр, где мы работали. Я слышала, банки для сбора средств поставили в офисах многих компаний.

Я вспомнил бар и банку с деньгами возле столов для пула, которую видел в день своего приезда в Ленуар. Помнится, я бросил туда пару долларов, но сейчас это показалось мне несуразной мелочью.

— И как, удалось что-нибудь собрать?

— Не знаю. — Саванна покачала головой, словно не желая думать об этом. — Все началось совсем недавно — Тим на лечении, а я то в больнице, то на ранчо. Ладно, что-то мы все о деньгах да о деньгах… — Она отодвинула чашку и невесело улыбнулась: — Не знаю, для чего я тебе все это рассказываю. Не существует никаких гарантий, что Тиму точно помогут водной из дорогих клиник. Но я знаю одно: если мы останемся здесь, Тим не выкарабкается. В другом месте по крайней мере есть шанс. Вот как обстоят дела… — Она оборвала фразу, не в силах продолжать, и застыла, уставившись невидящим взором на скатерть в пятнах. — Знаешь, что самое странное? — спросила она, помолчав. — Ты единственный, кому я это сказала. Мне почему-то кажется, что только ты можешь понять, каково мне приходится. С тобой не надо подбирать слова или что-то утаивать. — Саванна опять подняла свою чашку, но тут же поставила. — Слушай, это нечестно по отношению к тебе, раз у тебя отец…

— Ничего, — заверил я.

— Нет, все равно это эгоистично с моей стороны. У тебя горе, а я тут рассусоливаю, что будет, а чего не будет… — Саванна отвернулась к окну кафетерия, но я не уверен, что она видела покатый больничный газон.

— Эй, — сказал я, взяв ее за руку. — Я серьезно. Рад, что ты выговорилась. Надеюсь, тебе хоть полегче стало.

Через некоторое время Саванна горько пожала плечами:

— Вот мы с тобой какие, да? Два раненых бойца, ищущих поддержки.

— И ведь не возразишь…

Саванна подняла глаза и встретилась со мной взглядом.

— Хоть в этом нам повезло.

Несмотря на всю тяжесть сегодняшнего дня, у меня, как прежде, замерло сердце.

— Да, — подтвердил я. — Мы счастливчики.

Большую часть дня мы провели в палате Тима. Он спал, когда мы вернулись, затем проснулся на несколько минут и заснул опять. Алан нес бессменное дежурство у кровати брата, игнорируя мое присутствие и неотрывно глядя на того. Саванна то сидела на кровати Тима, то пересаживалась на стул рядом со мной, и тогда мы тихонько говорили о состоянии Тима, о раке кожи вообще и о специфике альтернативных методов лечения.