Дорогая, я не изменю(сь)

«Дышит хоть? – Я заметила, что его грудь даже не поднимается. – Замер. Наверное, наивно надеется, что я сейчас растворюсь в воздухе».

Он вытянул руку, словно хотел дотронуться до моего лица, но что-то его остановило, и рука медленно легла на стол.

– Я же… я… сам лично похоронил тебя, – сказал он не столько мне, сколько себе.

Я усмехнулась, пристально глядя в его бесстыжие глаза.

– Мы, жены, такие: способны не только обстирать и накормить, но еще и внезапно воскреснуть.

Глядя на него понимаю: внутри меня ничего не осталось. Вся любовь, все мои чувства к нему сгорели дотла вместе с рыбацким домом моего отца. Я столько всего пережила за эти два месяца, что даже врагу не пожелаешь. Теперь во мне бьется только одно желание: засадить его за решетку.

– Может, обнимешь любимую жену? Давно не виделись все же, – мой тон звучит холодно и спокойно. Голова гордо поднята.

Герман громко сглотнул, я подмечаю его секундную растерянность, и его губы болезненно поджимаются.

– Поля, Полечка моя, – прошептал он сдавленным голосом и встал с кресла. – Я же чуть следом за тобой на тот свет не отправился. Места себе не находил, с ума сходил от горя. Почему ты не пришла раньше? – Он обвинительно уставился на меня. – Где ты была все это время? Почему не сказала, что жива? Почему, Полина? Это что, какая-то игра?

Для убедительности схватился за край стола, другую руку приложил к сердцу и, покривив лицо, сделал болезненный вдох.

– Ты меня за идиотку держишь?

– Не понимаю о чем ты, – прохрипел Гера.

– Слышал легенду про жадную овцу, которая сама себя съела?

– Н-нет… – замотал он головой.

– Почитай на досуге. К тому же скоро у тебя будет о-очень много свободного времени.

Герман непонимающе уставился на меня и сбивчиво заговорил:

– Родная моя, я так виноват перед тобой, что не смог вытащить тебя из огня. Я пытался, я…

– Вот только давай без спектаклей, ладно? – отмахнулась я. – Мы же оба знаем, что этот поджог устроил ты.

– Я? – округлил он глаза. – Что ты такое говоришь? Зачем мне устраивать поджог? Зачем убивать любимую жену? Полечка, милая, ты в своем уме?

– Затем, чтобы стать наследником моего имущества, – решительно заявила я.

– Что ты там себе напридумывала, милая? Ну это же полная чушь… – Он растерянно развел руками.

– Серьезно? – Я открыла сумочку и достала копию документа. – А вчера прокурору ты говорил иначе.

И подала ему бумагу.

– Какому еще прокурору? – Он взял у меня бумагу, быстро пробежался по строкам.

– Это еще что за бред?

– Твои признательные показания, – отпив кофе, поведала я. – Ты там в деталях рассказал, как устроил поджог, как…

– Я это не писал! – крикнул он на весь кабинет.

– Ну, естественно. – Я поставила чашку на блюдце и подняла на него взгляд.