Дорогая, я не изменю(сь)

Перед глазами замелькали картинки: вот он с любовницей целуется в этом кабинете, пока я отлучилась по делам, вот он усаживает ее на стол, раздевает…

Повернула голову, устремила взгляд в приемную, и теперь уже видела, как он склоняется над ее столом, они флиртуют, смеются.

Наверняка именно так и было, пока я носила розовые очки и ничего не замечала вокруг себя.

Тряхнула головой, прогнала видение и теперь в кресле секретаря видела улыбающуюся Валентину. А на пороге кабинета вырос Макаров.

– Поль… – тяжело вздохнул он. – Не ожидал я такого от Герм…"

"Я жестом руки остановила его на полуслове. Знаю: они были не только коллегами, но и друзьями, поэтому неудивительно, что ему хотелось поговорить о том, что произошло. Но мой лимит обсуждения этой истории исчерпан.

– Дим, я не желаю возвращаться к этой теме. Не хочу ковырять едва зажившие раны, – сказала я, касаясь его плеча, и приглашающе указала на кресло. – Расскажешь мне, как идут дела в фирме? Ты же тут был за главного, верно?

Месяц спустя.

Герман

– …Вы уверены, что она именно так сказала? – хрипло переспросил я.

– На самом деле, Любовь выразилась гораздо грубее, – вздохнул адвокат, демонстрируя глубокую досаду. – Но суть одна: она попросила забыть ее, и…

Я выставил руку, требуя замолчать. Не было сил еще раз слушать бред, который передала через него Люба.

Не мог поверить, что она бросила меня. Как она могла? Как? Я ж все только ради нее… Ради нее пошел на преступление, из-за нее сейчас мне грозит срок. А она не желает меня видеть и слышать? Просит оставить в покое и забыть? Серьезно?

Сердце болезненно сжалось, вокруг все поплыло. Я шумно втянул в себя воздух, поднял отчаянный взгляд на адвоката и вцепился в его руку, как в спасательный круг.

– Умоляю вас, сделайте так, чтобы она приехала на свидание. Я должен увидеться с ней.

– Герман Андреевич, Любовь ясно дала понять, что не желает иметь никаких общих дел с… – Адвокат опустил взгляд и неохотно добавил: – С уголовником.

– Вот как? – усмехнулся я сухими губами и отпустил его руку. – С уголовником, значит…

Еще недавно я был для нее единственным, она клялась мне в любви, собиралась за меня замуж, а теперь я уголовник, с которым она не желает иметь никаких дел?..

В голове не укладывалось. Разве я мог от нее такое ожидать? Я думал, Люба поддержит меня, будет ждать, будет приходить на свидания, писать письма. Мы же так любили друг друга.

Или… это я любил ее, а она – мои деньги?..

И я только сейчас начал понимать это. Ведь если бы я был ей дорог, она бы никогда так не поступила со мной. Люба знала, как мне тяжело, что мне нужна ее поддержка, ее голос, ее забота, но вместо всего этого она решила добить меня.

«Не желает иметь дел с уголовником», – эти слова пробежались по телу как электрический разряд.