Дорога в ночь

Эльфы начинали проявлять все больше интереса к первому поколению полукровок, ведь мы, в отличие от человеческих женщин, не старели, и фигуры от родов у нас не портились. Все больше и больше полукровок лоэл’ли стали забирать в личное пользование… А потом все кончилось – ушастые издали тот самый закон.

– По которому все полукровки должны либо умереть, либо стать стерильными, либо плодиться и размножаться в Инкубаторе, – тихо сказала я.

– Да, – так же тихо ответила мне Аша. – Дальше я мало что помню. Первую свою процедуру, к счастью, я забыла… Ко мне приходят воспоминания, туманные, как будто это было во сне, что я немало лет провела в Инкубаторе. Потом меня признали неперспективной для разведения и списали, так я снова стала шлюхой. Долгое время я принадлежала семейству Тоэн-Маринэ, потом меня подарили Найри. Остальное ты знаешь.

– А как давно ты осознаешь себя?

– Не знаю. Какие-то туманные, похоже на полузабытые сны, воспоминания начали появляться лет тридцать назад.

– Но почему? Как? Существует какой-то способ снова стать собой?

– Не думаю, – покачала головой Аша. – Скорее всего, дело в том, что глубокую очистку полукровки проходят лишь первый раз, а потом, каждые десять лет, нас стирают весьма поверхностно. А может, это я просто особенная? Кто знает?! Но иногда думаю, что было бы лучше, если бы я вообще не помнила ничего.

– Другие такие, как ты, есть?

– Не встречала. Хотя может, кто-то из старушек тоже проснулся? – усмехнулась дайрэн. – Кстати, скажи, как ты меня вычислила? Ведь помимо моего знания имперского языка было и еще что-то, что меня выдало. Так?

– Да, – кивнула я. – Взгляд. Временами он у тебя слишком осмысленный. Ну и то самое проявление инициативы. Пожалуй, заподозрила я тебя после того, когда ты взялась меня лечить.

– Вот, помогай другим после этого!

– С твоей стороны это было довольно глупо. Но спасибо.

– Так что? Я ответила на твои вопросы?

– Нет, не на все. Что ты знаешь про отравление?

– Взялась мальчишку защищать? Думаешь, принц тебя спасет? Зря! Многие из нас делали ставки на своих покровителей, но никому это не помогло.

– Откуда ты это можешь знать? Ты ведь многое не помнишь?

– Если бы в Талрэе или окрестностях жила какая-нибудь ора дэйш’ли, я бы знала. Так что можешь и не пытаться.

– Эрайн дал мне отсрочку, а это не так уж и мало. Так все-таки какова твоя роль в недавних событиях?

– Ее нет. Ты еще не поняла, что я просто пытаюсь выжить?

– И что? Тебе вполне могли приказать принести ту бутылку, и, как «простая дайрэн», ты не посмела бы ослушаться. Или же ты могла что-то видеть или слышать.

– Нет, я ничего не делала и ничего не знаю. Можешь не верить, можешь меня пытать, но другого ответа ты не получишь.

– Почему же, я тебе верю. Во всяком случае, очень хочу верить.