Дорога в Китеж

«Пришлось прерваться на три с половиной года, – скупо рассказал про это скучное время Ларцев. – Я записался волонтером, чтобы война поскорее закончилась. Конечно, в федеральную армию – южане слишком мало интересовались железными дорогами. Сразу после заключения мира вернулся к настоящему делу. Как раз началось строительство Трансамериканской магистрали…»

Но Вике хотелось послушать про американскую войну.

– В списке директоров компании ты значишься как «Major Lartsev», «майор Ларцев». Неужто за три с половиной года ты выслужился из солдат в штаб-офицеры?

– Удивляться нечему. Командные должности в волонтерских полках были выборные. К концу войны я командовал батальоном. Выбрали. У нас там принято называть человека офицерским чином, даже если он уже не служит в армии. Для пущей важности. Чепуха это, не имеет значения. Вот работа на «Трансамерикэн» – это было интересно. До поры до времени, – вздохнул Адриан. – Пока строили, пока я налаживал движение и эксплуатацию. А потом, конечно, сделалось скучно. Когда ты меня разыскал, я как раз подумывал, не перебраться ли в Южную Америку. Там затевается отличная штука – дорога «Транспасифик» от Вальпараисо до Буэнос-Айреса. Денег никак не соберут. Поэтому я к вам сюда и приехал. Не пойму только, как ты меня разыскал? И главное – неужто нельзя было найти специалиста где-нибудь поближе?

– Нельзя, – сказал Воронин, поглядев на часы, и заговорил в ускоренном темпе. Жена не любила, когда опаздывали к ужину, а главное еще было не произнесено. – Про тебя я услышал от князя Хилкова. Он, как и ты, работал в Америке на железных дорогах. Изучил весь цикл, от прокладки до эксплуатации, и вернулся строить железные дороги на родине. Хилков превосходный специалист, но, увы, занят по горло – его на части рвут. Для дела, о котором я тебе писал, нужен такой же человек: с американским опытом. Чтобы умел работать и на равнине, и в горах, и с динамитом, и в окружении враждебных туземцев. Северокавказская дорога в этом смысле очень похожа на твой «Трансамерикэн». А еще важно, чтоб у этого человека не было русских «хвостов».

– Не знаю, как в Америке, а у нас железнодорожное дело – материя мутная. Очень уж большие вертятся деньги. Каждый интересант норовит просунуть на ключевую должность своего человечка. Еще и политика вмешивается. У нас не Америка, но тоже две партии. Я – из одной, великий князь Константин – из другой. Кавказская дорога частная, но ей придается огромное государственное значение, поэтому львиная часть средств дается из казны. Строительство обходится в многие миллионы, и немалая доля попадает в карманы либеральных ставленников – на дороге заправляют они. Пора положить этому безобразию конец.