«Персефона». Дорога в ад

— Ну, это несложно проверить, — кивнул капитан. — Но что-то меня твоё наблюдение не радует. Чую, родное имперское руководство как-то нас надувало. Не даром военная медицина никогда не подчинялась командованию крыла — только Гендепу. Жалко, что ты — хаттский доктор медицины, я хотел бы узнать секреты своих…

— Я продолжу наблюдения, — кивнул Дарам. — Мы это ещё обсудим. А сейчас — давай свой далтит?

Капитан кивнул: он тоже видел, как над браслетом повис маячок: «помещение подготовлено для допроса».

Рассиживаться было не время. Приказ отправить пленников в ставку Мериса мог прийти в любой момент. Долго играться с хаттами им не дадут.

Странно как раз то, что приказа до сих пор нет. Видно, Драгое захватил на имперских кораблях Севера каких-то крупных шишек, и Мерис занят сейчас чем угодно, только не «Персефоной».

Хотя… ну не похоже это на генерала. Должно было случиться что-то более весомое, чтобы он забыл про такой забавный приз, как две твари из «живого железа».

Браслет пиликнул, принимая доклад от замполича.

Пока капитан советовался с Дарамом, Гарман навёл порядок в архиве. Выяснил поминутно, что там произошло и отписался по существу.

Капитан быстро пробежал глазами сообщение.

Да, налажали они отменно, винить некого. Десантников-то защитили от неосознанных реакций при виде хаттов. А запись для командования велась в режиме реального времени, без фильтров, и её нужно было перезаписать, обработать и архивировать.

По правилам техники смотрят начало записи, конец и пару-тройку секунд по ходу, чтобы проверить, всё ли в порядке.

Пока запись копировалась, они гоняли чаи.

Зашёл Логан с Моисеем.

Какое-то время техники развлекали гостя. Потом один из них решил проверить запись и ткнул в серёдку лазерным стопом.

Вид двух взбесившихся машин в залитой кровью рубке «Благодати» сработал на неподготовленные мозги, как горный обвал.

Оба техника словили паническую атаку. (Так пояснил медик.)

Разница в работе нервной системы. Пилоты просто купаются в адреналине, потому они к психокодированию оказались малочувствительными и на «хатта» реагировали незначительной агрессией. А у техников резкий выброс адреналина вызвал головокружение, дрожь, тахикардию и ощущение надвигающейся катастрофы.

Больше всех досталось Логану — пока остальные в панике метались по архиву, он повалился на пол и чуть не отдал богу душу.

Техники растерялись, не сообразив даже стукнуться в медотсек, и, если бы не заголосивший Моисей и не Дерен с его чутьём на опасность, всё могло бы кончиться гораздо хуже.

Дерен услышал лай собаки, заглянул в архив, выпустил перепуганного Моисея, и пёс побежал в единственное «безопасное» место — в капитанскую.