«Персефона». Дорога в ад

— Ко́нтра, считаешь, «раков» не ловит? — прищурился он. — А министерство, значит, и до войны готовилось к контактам с машинами? И в последние год-два психообработку свернули? Требует проверки, но интересно. Однако… ты ведь не только за этим явился?

Драгое был человеком умным, проницательным и разбирался в людях безо всяких там «южных» аномалий сознания. Сказывались опыт и возраст.

— Тебе как: честно или многоходовку сыграем? — напрямую спросил капитан Пайел.

Формально они были равны, на деле же капитан «Ирины» Вроцлав Драгое, заместитель командующего крылом, годился тридцатилетнему капитану спецоновского крейсера «Персефона» примерно в прадеды.

Он посмотрел на Молодого с отеческим прищуром:

— Да ладно уже, играть с тобой. Говори прямо, чего задумал?

— Я видел среди пленных северян своего бывшего начмеда. Отдашь?

Драгое нахмурился. Он был из тех, в ком соблюдение правил въелось так глубоко, что иные стратегии просто игнорировались мозгом. Однако он сам предложил открыть карты и мораль капитану «Персефоны» читать не стал.

— Молодой, — капитан «Ирины» старался говорить медленно и доходчиво. — Твоему бывшему начмеду — пожизненное грозит. Да и посчитаны у меня все медики. И предварительные данные уже отправлены в ставку командира крыла.

— А я тебе другого взамен отдам, — ничуть не смутился капитан Пайел. — Тоже начмеда.

— Молодой, ты совсем берега потерял? — вздохнул Драгое. — Ты предлагаешь отпустить начмеда с, по сути, хаттского корабля, а на его место сунуть ни в чём неповинного человека? За что? За то, что он мозг тебе вынес?

— Я думаю, виноваты все медики примерно одинаково, — пожал плечами капитан Пайел. — Вопрос разве что в компетенциях: мой прошлый — может знать больше нынешнего.

Драгое покачал головой. Он знал, что капитан Пайел — тот ещё фрукт, но ведь вроде не овощ? А чего так тупит, словно это его первый рейд?

— Ну ты же понимаешь, что экипаж пойдёт по той же статье, что и командование крейсером — сговор с хаттами? — хмурясь спросил он. — Какой тут вообще может быть торг?

— А с чего ты взял, что медик мог знать что-то, кроме примерного места дислокации судна? Я не уверен, что до экипажа доносили даже минимальные сведения о контакте с машинами.

— Ну не слепоглухонемой же он.

— То есть экипаж был в курсе того, что планирует руководство? И революция не началась? Вроцлав, у меня палубный увидел несколько секунд съёмок на «Благодати» и чуть не помер.

— Ну, это уже пусть ко́нтра разбирается, кто там что знал и видел. Не виноват — отпустят. Не нам это решать.

Капитан «Персефоны» посмотрел в непреклонное лицо Драгое. Вот же угораздило натолкнуться на законника…

Где-то в глубинах памяти зашевелилось, что он уже говорил с Драгое о законе.