Дорога

Но всем этим нужно заниматься, и начинать следует прямо сейчас, не дожидаясь, когда пройдут два месяца улучшения и Родислав узнает горькую правду. Значит, придется ему сказать о разговоре с врачом, и как можно скорее, оттягивать неприятный момент нельзя.

Люба разогнулась, осторожно отжала в махровом полотенце Лелину трикотажную кофточку и отерла тыльной стороной ладони вспотевший лоб. Решение принято, пора выходить из ванной.

* * *Она знала, что лежащий рядом Родислав не спит, более того, Люба чувствовала, что он хочет поговорить, но ей самой разговаривать не хотелось. Да и о чем? О том, что болезнь Дениса повиснет ярмом на шее у Романовых? Это и без слов ясно. О том, что Родислав виноват? А что об том говорить? Можно подумать, если человек сто раз признается в том, что виноват, от этого что-нибудь изменится. Денис болен, скорее всего, болен неизлечимо, и это невозможно ни изменить, ни отменить. С этим придется жить не просто долгие годы – всю оставшуюся жизнь. Всю жизнь помогать ему, всю жизнь, до самого ее конца, тянуть на себе спивающуюся Лизу. А ведь, кроме Дениса, есть еще и Даша, которой всего восемь лет и которая тоже будет еще долго нуждаться в заботе и помощи. Если раньше можно было надеяться на то, что дети Лизы рано или поздно вырастут и нужно только немножко потерпеть, то теперь эта надежда рухнула."

"Люба внимательно прислушивалась к себе, пытаясь понять, какие чувства она испытывает к Родиславу, к Лизе, к Денису. Родислава она все еще любит, и любит так сильно, что готова любыми средствами оградить его от всего неприятного и тягостного. А вот к маленькому Денису она не испытывает ничего, кроме обычной жалости взрослого к больному ребенку. Люба часто слышала и читала о том, как женщины привязываются к внебрачным детям своих любимых мужей, потому что в этих детях течет кровь человека, который им безумно дорог. Ничего подобного в ее душе не возникало, когда она думала о детях, рожденных Лизой. Может, у нее душа какая-то неправильная? Или в книгах написана неправда? Может быть, она слишком холодна и жестока? Нет в ней искренней любви к этим двоим малышам, ну нет ее, хоть лопни. И по большому счету, если уж совсем честно посмотреть внутрь себя, ей совершенно все равно, как там они будут расти с пьющей матерью и без отца. Это чужие дети, и то, что в них течет кровь ее обожаемого Родислава, дела не меняет. Только очень жалко почему-то маленького больного Дениску… Но ведь Родислав не может быть равнодушным к собственным детям, он тревожится за них, переживает, и задача Любы – сделать все, чтобы мужу было легче. Он добрый и порядочный человек, он не может бросить своих детей на произвол судьбы, он их любит, и это нормально. И с этим ей как жене придется считаться.