Дорога

Господи, сколько же это будет продолжаться? Конечно, Денису, как инвалиду детства, положена будет пенсия, но ведь врач сказала, что вопрос об инвалидности будет решаться только через два года, значит, еще два года придется полностью содержать Лизу и двоих детей. Снова копейки считать… Только-только они вздохнули чуть свободнее – и опять все сначала. Впору бросать работу на заводе и идти в кооператоры, может, хоть так денег удастся заработать.

Так как же поступить с Родиславом? Очень велик соблазн сейчас промолчать, дать ему порадоваться какое-то время, пока Денису лучше, ведь врач пообещала, что улучшение будет длиться около двух месяцев, потом все равно Родик обо всем узнает и еще успеет расстроиться и погоревать. Но, с другой стороны, через несколько дней, когда пройдут параличи, нужно будет активно включаться в спасение ребенка, и здесь нельзя будет упускать ни одного часа, а на Лизу полагаться нельзя, она человек ненадежный. Люба хорошо представляла себе, что такое советская больница, и понимала, что выполнение каждого назначения нужно контролировать, нужно буквально по пятам ходить за медсестрами и напоминать, чтобы сделали массаж, укол или физиопроцедуру. Нужно носить в больницу продукты, потому что кормят из рук вон плохо. Нужно как-то решить вопрос с восьмилетней Дашей, которой, поскольку она находилась в тесном контакте с заболевшим братом, сделали однократную прививку и велели двадцать дней сидеть дома на карантине. Сейчас девочка находится у Лизиной подруги, но ведь подруга работает, с кем ей оставить ребенка после прививки? И потом, одно дело взять чужого ребенка на два-три дня, и совсем другое – на шесть недель, пока Лиза с сыном в больнице. Пройдет двадцать дней карантина, и девочку придется возить в школу, которая находится вовсе не там, где Лизина подруга живет, оставлять на продленке, а после работы забирать. Кому нужны такие хлопоты? Нужно хотя бы денег этой подруге дать, с какой стати она будет шесть недель кормить девочку? Нужно искать выход на главврача больницы, чтобы Денису назначили все процедуры и тщательно их выполняли. Или по крайней мере найти возможность заплатить всему персоналу, включая санитарок, чтобы были внимательными и добросовестными. Деньги, конфеты, бутылки со спиртным… Спиртное взять негде, антиалкогольная кампания обернулась тем, что водку, например, для поминок можно было купить в нужных количествах, только предъявив свидетельство о смерти, а в обычном порядке в одни руки давали лишь две бутылки, и то если хватит терпения выстоять огромную очередь. Все то, что когда-то приносила Аэлла, давно разошлось на подарки или в качестве универсального платежного средства. В общем, с оплатой услуг персонала тоже предстоит изрядная морока.