Дорога

Невозможно признаться в том, что идеальный брак, которым так гордятся мать Родислава и его тесть и которым искренне восхищаются друзья, знакомые и сослуживцы – все те, кто бывает в доме Романовых, что этот брак – не более чем фикция, иллюзия, обман, а они с Любой – лжецы и лицемеры. Нет, это решительно невозможно.

Всю ночь Родиславу снились глазки маленького сына, какими они были в тот момент, когда отец после поликлиники снова укладывал его в кроватку. В них была печаль и, как показалось Родиславу, безмолвный призыв: «Не бросай меня. Не уходи». Он просыпался, испытывая ненависть к самому себе, и вспоминал Лизу, пьяную, растрепанную, неряшливую. Как он мог умирать от любви к ней? Сейчас ему казалось, что все это произошло не с ним."

"Рядом спала Люба, и Родислав испытал давно забытое желание обнять ее и прижать к себе, как он делал это много лет назад. Искушение было велико, его даже в жар бросило, он уже потянулся было к жене, но остановился. Нельзя. У них договор, будь он трижды проклят. Любе будет неприятно, если он предпримет попытку близости после того, как семь лет спал с другой женщиной, буквально теряя человеческий облик от ненасытного желания. Сейчас, после всего случившегося, предложить жене возобновить интимные отношения было бы равносильно надругательству над всем тем хорошим, добрым и теплым, что связывало их уже больше двадцати лет. Во всяком случае, так это виделось Родиславу. С этими мыслями он и уснул.

* * *После ухода Родислава Лиза несколько дней билась в рыданиях, а потом внезапно обнаружила, что ей стало легче. Легче и проще. Не нужно готовить для взрослого мужчины, не нужно ежедневно стирать его сорочки, носки и белье, не нужно гладить эти самые сорочки и отпаривать брюки, можно не убирать и не поддерживать чистоту в квартире и при этом не слышать постоянных намеков на то, что она – плохая хозяйка, и не чувствовать, что ее сравнивают с той, другой. С Любой. Даша в детском саду на пятидневке, и можно покормить Дениса готовой детской смесью, себе сварить пару сосисок или сделать бутерброд и не забивать голову всякой ерундой.

Она больше не хотела замуж за Родислава, свобода почти пьянила ее, но именно почти, потому что были дети. Дети, которых Лиза родила с одной-единственной целью – привязать Родислава к себе – и которые ей самой были совсем не нужны. Как было бы хорошо без них! Но они уже были, и с ними надо было что-то делать, как-то их растить. «Дура! – твердила она сама себе. – Какая же я дура! Идиотка! Зачем я их рожала? Почему я так хотела замуж? Что хорошего в этом замужестве? Одни хлопоты, заботы и неудобства, и больше ничего.