Дорога через прошлое

Может, до этого и без меня уже додумались, но я это честно продумал сам и пришел к такому выводу.

А пока дело пахнет штурмом Воронежа. Значит, скоро будет это:

Гор тут таких не будет, ибо автор написал стихи о Кавказских горах. Но насчет ада я постараюсь.

К 12 августа мы были готовы к наступлению. Как я уже говорил, левобережная часть оставалась за нами и активно расстреливалась немцами. Это был низкий берег, а правый, теперь немецкий, нависал над нами. А все закон Кориолиса: течет река с севера на юг, и правый берег у нее выше левого. Правда, есть извилистые реки, где на излучине все меняется, но тут, на Воронеже, все было классически.

Неглубокая (ну, так я слышал) и не сильно широкая река Воронеж, с полкилометра поймы, за ней – Чижовка, не то предместье, не то захолустный район города, чуть подальше – центр. Через речку идет ныне взорванный мост, к нему через пойму – дамба с дорогой поверху. Вот такое будущее поле боя.

Да, как оказалось, возле дамбы на том берегу – небольшой плацдарм, что за неделю до нас отвоевала одна из дивизий, оборонявшихся по берегу. А мы наступали правее их. Ночью на берегу готовились к утренней атаке, подтягивали орудия для стрельбы прямой наводкой по тем пулеметам, что будут бить по переправе. Саперы заготавливали нужное для постройки штурмового мостика.

Что такое штурмовой мостик? Это такое переправочное средство, узенький мосток на поплавках. Поплавки делались из какой-то прорезиненной ткани, и саперы их набивали сеном. Сверху них – узенький настил, лишь немногим шире полуметра, а в качестве перил – натянутый трос. Когда бежишь через него, он под множеством ног ходит, аж страшно становится, и думаешь, что такое он не выдержит. Лекарство от этих дум одно – беги быстрей и не смотри ни назад, ни вбок.

Пулеметные очереди свистят над головой, в стороне взлетают столбики минных взрывов, а ты беги, вдруг успеешь быстрее, чем немцы в мостик мину всадят! Мины падают то в воду, то в грязь, то на землю, потому сверху на тебя валятся то вода, то грязь, то огрызки какой-то травы, а ты все равно беги! За тобой все равно земли нет, есть только та земля, что под тобой и впереди тебя! А то, что тебя бьет то мелким осколком, то воздухом от разрывов, то грязь и лягушки падают – ничего, вот добежишь и все это немцам припомнишь: и осколок, оцарапавший руку, и эту чертову лягушку, что на плечо свалилась, как эполет, черт ее раздери еще раз после немецкой мины, за все, на меня упавшее!

Да, бежишь не след в след, а с разрывом метра с два. Когда тащить «максим» собрались, сапер сказал, что надо пореже после него идти, метра так в три или чуть больше, так как тяжело. Нет, стоп, это был уже второй штурмовой мостик. Да, саперы его делали быстро. Собирали прямо на воде, метра три-четыре в минуту, а потом соединяли.