Список донжуанов

Старожилы утверждают, что были там павильоны, сады, гуляли образцово-показательные свиньи, крупный рогатый скот и гуси прямо-таки невиданных размеров, а также были выставлены на всеобщее обозрение изделия предприятий, которыми славна область. Впрочем, павильоны и сады благополучно дожили до сего времени, но еще лет тридцать назад все достижения куда-то испарились и павильонам нашли другое применение: в одном была библиотека, в другом – отдел милиции, в третьем – спортклуб. Парк официально назвали Парком культуры и отдыха, но горожане, должно быть, из духа противоречия окрестили его «выставкой», как раз тогда, когда он перестал быть ею. Потом пришли тяжелые времена, и парк захирел, вскоре все павильоны были распроданы частным фирмам. Самым шикарным, но и самым удаленным был как раз тот, что стоял у Лебяжьего пруда. Там и находился офис Медведева. То, что среди белого дня там пробили человеку голову, в принципе, не удивляло, парк – он и есть парк. С другой стороны, наряды милиции там дежурили постоянно. Это я к тому, как надлежало отнестись к словам Олега. Я подумала и решила: надлежало отнестись с доверием.

– Иду я, значит, – между тем продолжил морячок, – и вдруг слышу: жалобно кто-то стонет. Ну, я заглянул в кусты, хоть и опасался подвоха, но так как по характеру человеколюбив и не могу пройти мимо чужой беды… заглянул, а там вот он лежит, весь в крови и портфелишко к груди прижимает, а в кармане у него как зазвонит, я аж подпрыгнул. А он стонет еще жалостливее..

– Телефон? – не удержалась Марья.

– Нет, Олег ваш. Ну, я обрадовался, что он живой, с трупом только свяжись, себе дороже… – Тут мы все непроизвольно поморщились. – Вызвал «Скорую», дождался чин-чином и сюда его сопроводил. По дороге он, сердечный, очнулся и давай о портфеле волноваться, а когда увидел, что конверта нет, только что не плакал. Даже врачиха сказала: «Немедленно прекратите волноваться, а то я ни за что не отвечаю». Во как. Чего в конверте-то было? Я пытал, он молчит. Деньги небось?

– Фотографии, – ответила я.

– Шантажировать кого хотели?

– Что ты мелешь? – обиделась Марья. – И как тебе такое в голову пришло?

– Что ж мы, по-вашему, телик не смотрим? Уж если за фотографии по шарам дали, ясно, что фотографии не простые, а золотые. На что еще нужны? Когда такую компромать с собой возишь, непременно нужна охрана.

– Значит, фотографий у нас нет? – задала риторический вопрос Марья, твердея лицом. – Это порождение ехиднино постаралось. Больше некому. Только как он пронюхал? – озадачилась она.

– Гридин позвонил, – нахмурился Олег. – Донес дружку… хотя откуда Гридину знать…

– Он знал, – кивнула я покаянно. – Я сама и рассказала, что привезла тебе фотографии.