Донор

Он просто спал, покрывало было на нем, только слегка сползло.

В комнату вошла Фарида. С блюдечком в одной руке, а чашкой в другой. Отпила кофе и снова спросила:

— Ты кричала. Что-то случилось?

Наталья наконец-то оправилась от шока. Еще раз посмотрела на спящего свекра. Могло ли ей почудиться, что его лицо накрыто? Что накрыто лицо, улыбка и то, что она, падая, сорвала со старика покрывало? Не могло. Но ведь почудилось.

Наташа мотнула головой.

— Ничего. Просто споткнулась.

Алексей не знал, что с ним случилось, но это явно переходило все границы. Это уже не было обычным чудачеством. Страхов на всякий случай кочергу оставил при себе и сел рядом. Рома облизал руки и снова засунул их в месиво.

Страхов скривился. Удивительно, судя по тому, что он видел, это должно было источать смрад, но запахов в кухне не было никаких. Ни хороших, ни плохих.

— Что с моей семьей? — спросил Страхов, поборов позывы рвоты.

Рома перестал жевать и уставился куда-то за окно.

Алексей подумал, что тот увидел вернувшуюся собаку.

— Где они? Я видел, что в доме живут другие люди.

Роман засмеялся, все, что было во рту, разлетелось по столу. Страхов вскочил, взяв удобней кочергу. Все шло к тому, что она все-таки ему еще сегодня пригодится.

— Где моя семья?! — Алексей почти кричал.

Смех оборвался так же резко, как и начался. Рома повернулся к Алексею и пожал плечами.

Страхов хотел спросить, как это случилось, но не смог проронить ни слова. Он просто смотрел на грязное оплывшее лицо хозяина дома и ждал объяснений.

— Их не было уже тогда…

Алексей знал, о чем говорит Роман.

— Здесь были только их оболочки.

Он развернулся к столу и снова начал жрать.

Алексей, пошатываясь, вышел из кухни. Он имел право знать, что случилось. Имел право, ведь это его семья. Его! Несмотря на запреты и ограничения суда, они были его семьей.

Страхов сел на кровать и оперся на кочергу. Семью он потерял гораздо раньше. В тот день, когда въехал в этот дом.

— Тот, что был Андрюшкой…

Страхов повернулся на голос. В дверях стоял Роман и облизывал руку.

— … сжег этот дом четыре года назад. Ну тебе это, наверное, неинтересно?

— Очень интересно, — пересохшими губами произнес Алексей.

Роман кивнул и продолжил:

— Он начал много пить. А когда напивался, грозился запереть всех в подвале.

— Он превращался в Бориса-старшего, — заключил Страхов.

— Или становился самим собой, — усмехнулся Рома и на секунду стал похож на нормального человека. — Однажды все зашло слишком далеко. Типичная развязка подобных историй. Он убил их и поджег дом.

— Почему? — Алексей схватился за голову. — Почему их никто не остановил?

— Он же копия ты… был, — улыбнулся Роман, снял со щеки кусок очисток и кинул в рот. — Вас попробуй останови.

— Я не об этом. — Страхов со злостью посмотрел на соседа.