Дом у железной дороги (СИ)

Не то чтобы я удивлен – разочарован скорее. И немного восхищен – Олег, казалось, предусмотрел все. Но Олег был всего лишь человеком. А это означало, что он мог совершить ошибку. Если не сейчас, то однажды.

Зато у меня появилась идея, которую я планировал воплотить в жизнь. С полной уверенностью, что в этот раз идея не провальная.

В любом случае, мне нужно было умыться. Если бы вы только знали, сколько я получил удовольствия просто оттого, что опустился в горячую наполненную водой ванну (не сразу заметил, что на подставке среди новых шампуней и гелей для душа есть пена, потому пустил ее только после того, как лег сам). Ванна несколько меньше моей, но я оценил тот факт, что Олег выбрал, видимо, максимально большую для такой комнатки. Он купил все шампуни, которые увидел в магазине, все бальзамы и маски – видно, что брал без разбору, но явно старался: что ни шампунь, то смягчает, увлажняет, придает объем. Ему нравятся мои волосы – это точно. После нескольких дней в подвале выглядели они, конечно, плачевно: висят сосульками, жирные, еще и кажется, что жидкие совсем. Без укладки тяжело, но выжить можно.

Я попробовал шампунь, смягчающий структуру (видел его рекламу в одном журнале, кажется, в тот день, когда ждал новый костюм – возможно, тот самый, который пришлось отправить на помойку), и сразу несколько гелей. Понемногу. Старался, конечно, смешивать только ягодные вкусы, чтобы не создавать вокруг себя непонятную какофонию запахов, но, кажется, вышло очень даже неплохо.

Вышел к Олегу я уже посвежевшим, побритым (бриться пластиковыми бритвами один геморрой, к тому же перерезать кому-то глотку будет проблематично – одни минусы) и вполне довольным – пока что. Волосы правда сушить оказалось нечем: Олег округлил глаза и посмотрел то ли как на идиота, то ли как на первого в своей жизни человека, использующего фен. Пообещал купить – не сомневался ни на секунду, что купит.

Той ночью наконец-то смог спокойно заснуть. Даже непривычно.

Наверное, Олег думал, что сможет стать тем, на губы кого будут налипать мои волосы. При ком я буду чистить уши. И танцевать с элементом проката по полу. Наверное, Олег возложил слишком много надежд на мое похищение. Первое время я все ждал, когда он набросится на меня, повернет на живот и спустит внутрь. Боялся этого. Потом вдруг вижу: Олег любит меня иначе. Я о той хорошей, доброй любви, которая греет и душу, и тело, хотя люди не наги, а одеты, и тела их не сплетены. И это смешно, что я приобрел способность думать о нем в таком ключе.

Я отрицаю существование стокгольмского синдрома как такового. Я не проникся любовью к своему похитителю, я не считаю его своим спасителем. Это мой защитный механизм, чтобы не сойти с ума.