Стеклянный дом

Однако ему было очень неудобно, что он так поздно приехал накануне вечером.

Турбьерн и его жена заверили Алекса, что ничего страшного, что они ждали его и готовы поужинать позже обычного. Спрашивали, задержался ли он на работе, – и он отвечал уклончиво. Обычно он старался говорить правду, но нынешняя правда не предназначалась для чужих ушей.

Он вернулся домой около трех часов ночи на субботу, поскольку сидел у Дианы Тролле и смотрел, как она пьет вино. А потом проспал до полудня и закончил свои дела только во второй половине дня. Вот и приехал так поздно.

– Как ты думаешь, у него была такая дача? – спросил Турбьерн Росс. – Я имею в виду убийцу Ребекки.

Алекс огляделся: блестящая гладь озера, высокие деревья по берегам. Лишь кое-где домики на раскорчеванных участках.

– Возможно.

– Расчленение, несмотря на его гротескный характер, дает кое-какую информацию.

– Мы подумали об этом и вели допросы подозреваемых именно с этой точки зрения. Однако я никак не могу обойти тот факт, что ее похоронили рядом с другим телом, пролежавшим в том месте почти тридцать лет. Этих двоих что-то объединяет. Тем или иным образом.

– Мы по-прежнему не знаем, кто первая жертва?

Алекс потянул за удочку, подкрутил леску, чтобы проверить, на месте ли наживка. Все было в порядке.

– Я надеялся, что это окажется человек, пропавший в Норчепинге примерно двадцать пять лет назад. Некий Хенрик Бундессон. Но это предположение не подтвердилось. Бундессон в подростковые годы сломал ногу, а у нашего трупа таких повреждений нет.

– Имя знакомое. Кажется, припоминаю, как он исчез.

Алекс с удивлением посмотрел на Турбьерна.

– Думаю, ты тоже вспомнишь, если хорошенько подумаешь, – сказал тот. – Он пропал вскоре после ограбления банка в Норчепинге. Разведенный отец двоих детей, которого выгнали из архитектурного бюро. Он был по уши в долгах.

– Ах вот ты о ком. Я не помнил, что его звали Хенрик Бундессон. Все ведь думали, что именно он грабанул банк?

– Да, но доказать это так и не удалось.

– Странно, что о нем с тех пор ничего не слышно. Ведь на то преступление вышел срок давности.

– Люди совершают много странных поступков. – Турбьерн пожал плечами.

Алекс потянулся за своей кофейной чашкой, отпил глоток и поставил ее на место.

– Налить тебе еще?

Соня, жена Турбьерна, дала им с собой кофе и бутерброды. Лена никогда бы так не поступила, если бы он не попросил ее, а этого он не сделал бы. У них были более современные отношения. Существуют другие способы показать свою заботу.

– Ты думаешь, тебе удастся раскрыть это дело? – спросил Турбьерн.

Алекс чуть не уронил удочку:

– Ясное дело!

– Не хотел тебя обидеть. Просто констатирую, что дело чертовски запутанное.

– У нас полно подозреваемых. Мы найдем того, кто это сделал.