Стеклянный дом

Очередь подошла, и Спенсер очнулся от своих мыслей. Ведь он срочно назначил встречу с адвокатом, разъяснил ему свое видение ситуации.

– Как, черт подери, тебя угораздило вляпаться во все это дерьмо? – побледнев, произнес Уно.

«Понятия не имею», – только и мог бы он ответить. А друг ничего не сумел посоветовать. Спенсеру придется выждать: если его всерьез подозревают в убийстве, то вызовут на допрос. Возможно, задержат, если сочтут опасным. Скорее всего, именно так они и поступят, учитывая тяжесть преступлений.

Энергии у него только прибавилось. После встречи с адвокатом Спенсер пошел прямиком домой и достал паспорт. Ему все это надоело, – если петля на шее затянется слишком туго, он покинет страну. Временно. Ради душевного покоя.

Но оказалось, что срок действия паспорта истекает через несколько месяцев, а это существенно ограничивало количество стран, в которые он мог уехать. Окончательно запутавшийся во всей этой истории, он решительно направился в полицию и заказал себе новый паспорт.

Как последний выход, если это понадобится.

Вернувшись в управление, Алекс и Петер разошлись по кабинетам. Петер включил компьютер, стал просматривать почту. К нему зашла Фредрика – неподвижное лицо, печальные глаза. Петер почувствовал, что не имеет права спрашивать, что произошло, – пока сам готовится допрашивать ее сожителя.

– Хелена Юрт, – сказала Фредрика.

– Так это она купила золотые часы? – Петер ощутил новый прилив энергии.

Фредрика кивнула:

– Мне удалось вычислить ее с помощью председателя жилищного совета и даже получить ее нынешний адрес. Она живет возле парка Витабергспаркен на Сёдере.

– Ты звонила ей? – Петер оживился, подался вперед, желая узнать больше.

– Я собираюсь туда. – Она помолчала, потом добавила: – Может, поедешь со мной?"

"За те два года, что они проработали вместе, она ни разу не делала ему таких предложений.

– Само собой, – ответил он. – С удовольствием.

Закончив то, чем занимался, он заглянул к Алексу сказать, куда они направляются.

– Хотя у нас с тобой было еще одно дело, – напомнил Алекс.

Спенсер Лагергрен.

– Может быть, займемся им попозже?

Алекс не стал возражать. Как и Петеру, ему совершенно не хотелось подходить к вопросу, какова роль Спенсера в деле.

– О чем шла речь? – спросила Фредрика, когда они шли к машине.

Петер ненавидел чувствовать себя Иудой, слова застревали в горле, когда он пытался выговорить явную ложь.

– Да так, ничего особенного.

Пожалуй, Фредрика могла бы подрабатывать ясновидящей, если бы ей пришло в голову уйти из полиции. Петер чувствовал, что ее взгляд буравит ему спину, понимал, что она не поверила.

Надо срочно как-то загладить ситуацию. Он обернулся к ней:

– Правда ничего особенного.

– Я поняла.

В машине повисла напряженная тишина.