Стеклянный дом

Алекс прогладил пальцами складку на брюках.

– Мы должны сообщить Фредрике, что ее сожитель фигурирует в материалах следствия.

Он замолчал, и Петер почувствовал, что у Алекса появились какие-то соображения.

– Странно, что он сам не связался с нами. Имя Ребекки постоянно упоминается в новостях со среды. Он должен был догадаться, что полиция желает побеседовать с ним. Собственно, он был нужен нам еще два года назад, когда она исчезла.

Снова повисла тишина. Петер почесал руку:

– Возможно, они не встречались. Тогда и рассказывать не о чем.

– Он был занесен в ее ежедневник.

– Знаю, но это не обязательно означает личное знакомство. Возможно, она вычислила его как подходящего научного руководителя, но наладить отношения не успела. И ему просто нечего нам рассказать.

– Наверняка ты прав. – Алекс развел руками. – Но мы все равно должны с ним поговорить. Я предполагаю, что в других наших реестрах он не фигурирует?

– Я еще не успел пробить его по базам, – признался Петер. – Проверю прямо сейчас.

Алекс продолжал сидеть, пока Петер открывал служебную сеть полиции. Ввел поиск по всем реестрам. Сразу выскочили ссылки на реестр правонарушений. Спенсера несколько раз привлекали за превышение скорости.

– Ничего серьезного, – пробормотал Петер.

Алекс поднялся и заглянул в монитор через плечо Петера.

На экране появилась ссылка на реестр подозреваемых.

Они увидели ее одновременно. А прочитав, побледнели.

– Дьявол! – прошептал Алекс. – Я немедленно свяжусь с полицией Упсалы.

30"

"Грохнула дверь в кабинет Петера, и мимо кабинета Фредрики быстро прошел Алекс. На нее он даже не взглянул, не отрывая глаз от пола. Что стряслось?

Она подумала пойти к Петеру и спросить напрямую, в чем дело, но потом отбросила эту мысль. К ее большому облегчению, Петер не обиделся, что она взяла на себя сначала проверку истории с появлением Ребекки на секс-сайте, а затем и ее диплом. Они хорошо сработались, а ведь когда она только пришла в группу, их отношения начинались не лучшим образом.

Сейчас она хотела взяться за диплом Ребекки, но не знала, как подступиться к делу. И Густав Шёё, и Диана однозначно дали понять, что Ребекка слишком погрузилась в исследование и потому не закончила работу вовремя. Срок сдачи был назначен на январь 2007 года, однако Ребекка сочла, что не раскрыла тему как следует, и отложила защиту до весеннего семестра.

Как это получилось? Работа была посвящена судьбе семидесятипятилетней писательницы. С тех пор как имя Теа Альдрин было у всех на устах, прошли десятилетия. Но даже тогда, когда ее дело было актуально, никто не обсуждал его с точки зрения виновности и невиновности. Теа Альдрин совершила те преступления, в которых ее обвиняли. Доказательств оказалось более чем достаточно.