Стеклянный дом

Хотя Петер не мог этого объяснить, ему сразу подумалось: тут что-то нечисто. У Хокана было немало причин заявить, что он болен, но, по впечатлениям Петера, тот что-то задумал.

Стряхнув с себя это странное чувство, он занялся проверкой Спенсера Лагергрена. Открыв полицейский реестр, вписал туда имя профессора. Если удастся получить индивидуальный номер, проверка займет всего несколько минут, даже не придется просить о помощи Эллен.

Человек по имени Спенсер Лагергрен оказался всего один. Однако, вопреки данным телефонной справочной службы, он был прописан не в Упсале, а в Васастане в Стокгольме. Нахмурив брови, Петер записал его индивидуальный номер.

«Мне очень хотелось бы встретиться с вами лично, но, как я понимаю, вы живете в Упсале. Вы случайно не будете в Стокгольме сегодня или завтра?»

Почему тот не сказал, что живет в Стокгольме? Может, и про ребенка соврал? Однако реестр показал, что дело обстояло иначе. У Спенсера Лагергрена действительно имелся ребенок – годовалая дочь по имени Сага.

Петер уставился на буквы на экране. Сага. Как дочь Фредрики. Затаив дыхание, он щелкнул мышкой на имя ребенка. Мать и юридический представитель: Фредрика Бергман. Отец и юридический представитель: Спенсер Лагергрен.

Сердце заколотилось, пульс подскочил.

Что происходит, черт подери?

Почему Фредрика ни словом об этом не обмолвилась?

«Она не знала», – одернул он сам себя. Никто в группе не произносил имени Спенсера Лагергрена вслух.

От стыда Петер закрыл лицо руками. Конечно же, чертовски странно, что никто в рабочей группе не знал имени мужчины, с которым живет Фредрика, но еще более дико, что Петер позвонил Спенсеру, не проверив перед тем его данные. Какая оплошность! Спенсер наверняка ломает голову, чем там занимаются коллеги Фредрики.

– Чертовски непрофессионально! – пробормотал Петер.

Тут зазвонил мобильный телефон, и Петер с облегчением убедился, что это его брат Джимми.

– Ты ответил!"

"В мире младшего брата легко было держаться на высоте: для него Петер всегда был королем и оставался непогрешим, даже когда невольно обманывал его ожидания.

– Ясное дело, я ответил. Ведь ты же мне позвонил!

В телефоне раздался беззаботный смех Джимми.

Они поговорили. Джимми рассказал, что ему доверили вывести на прогулку собаку. И еще они пекли печенье. Джимми взял печенюшку и угостил собаку.

Петера вдруг охватила скорбь. Еще несколько лет – и его сыновья перерастут своего дядю.

– В выходные было хорошо, – сказал Джимми.

Он имел в виду субботу, которую почти целиком провел с Петером и его семьей. Получилось куда больше, чем совместный ужин, – Джимми попросил забрать его еще в середине дня.

– Да, хорошо, – ответил Петер.

– В следующие выходные снова?

– Может быть. В любом случае, скоро увидимся.