Дом огней

– Я вернусь завтра, и мы еще раз сыграем в эту игру, согласна?

Задавая вопрос, Джербер надеялся, что Эва не заметит, насколько он взволнован. В действительности ему меньше всего хотелось возвращаться.

Эва хотела было ответить, но вдруг уставилась на что-то за спиной доктора, и он это заметил. Снова смотрит на кресло с подлокотниками рядом с белым шкафом, подумал он.

– Он говорит, было здорово поболтать с тобой, доктор Джербер. И если хочешь, завтра мы продолжим.

– Конечно, – заверил психолог, заодно забирая плащ и засовывая в карман черный блокнот и авторучку.

– Ты нашел свою красивую ручку, – удивилась девочка.

Джербер обернулся. Эва не сводила с него своих неподвижных глаз.

– Откуда ты знаешь, что я ее потерял?

Девочка не ответила.

11

– Доктор Джербер.

Он почти дошел до «дефендера», когда услышал, как его окликает Майя Сало. Она шла ему навстречу, в спешке натягивая кардиган: беспокоилась, что доктор уедет прежде, чем им удастся поговорить.

Солнце почти зашло, волосы девушки, казалось, притягивали последние оранжевые лучи.

– Если у вас нет других дел и есть желание, можете остаться на ужин, – сказала она.

Психолог не ожидал приглашения.

Майя заметила его удивление и, возможно, боясь, что зашла слишком далеко, прибавила:

– Синьора Ваннини приготовила очень вкусный зубчатый пирог, нам с Эвой вдвоем никак не справиться.

– Не прощу себе, если вкусный зубчатый пирог не будет съеден до последней крошки, – видя, что девушка стесняется, торжественно провозгласил Джербер.

Майя явно обрадовалась.

– Тогда решено, – заключила она, запахнула кардиган и направилась к темному дому. На мгновение Джербер даже вроде бы уловил на ее губах тень улыбки.

Вначале девушка занялась Эвой – отнесла ей ужин в комнату и сидела рядом, пока та не уснула.

Джербер ждал, сидя за дубовым столом перед огромным камином. Как всегда, домоправительница вернулась к своей семье перед заходом солнца, и ему даже не с кем было поболтать. Зубчатый пирог, прикрытый холстиной, источал многообещающий аромат. Психолог понял, что, если не считать спален Майи и девочки, кухня была единственным обжитым помещением во всем огромном доме.

Прочие залы покрыты пылью. И погружены в тишину.

Мало того что Эва была удалена от всего и от всех, – она жила практически в стенах своей комнаты, словно в заточении. Разве что вместо решеток – немыслимые обои с маргаритками.

Ты нашел свою красивую ручку.

Откуда она могла знать, что авторучка пропала? Сказала наугад? Психолог вспомнил свист, который услышал у себя в кабинете. Нет, это невозможно, сказал он себе.

Прошел почти час, и он услышал знакомые шаги на лестнице. И вот финская девушка возникла на пороге.

– Простите, что заставила вас так долго ждать, – извинилась Майя.