Дом огней

– И ты не учел, что маленький говнюк расскажет, как было дело?

Тот умолк. Видно, и правда не учел.

– И как тебе пришло в голову привезти его сюда?

– Бензин кончался, – слышу я; он говорит тоненьким голоском, точно как мой брат, когда набедокурит. Наверно, еще и смотрит себе под ноги.

– Живо отвези его обратно, пока они там не забили тревогу и не вызвали полицию!

– Лучше сначала сам съезжу посмотрю, чтобы меня не застукали с сопляком в машине.

На этот раз синьора с татуировками согласилась:

– Поезжай давай, да поскорее.

– Ладно, только ширнусь сначала, не то начнутся вертолеты…

Эй, я хочу собаку: вертолет у меня и так есть!

Чуть позже я выглядываю в круглое окошко и вижу, как они делят между собой шприц с каким-то лекарством. По мне, так у них диабет, как у бабушки. Ложатся на пол, закрывают глаза, улыбаются. Такие счастливые.

Потом синьор с волдырями уходит. Со мной остается только синьора с татуировками. Я прошу у нее стакан воды, мне ужасно хочется пить, и она наливает из пластиковой канистры, потом велит лежать тихо-тихо на скамеечке, которая стоит в этой вроде бы как гостиной, там же и кухня, и туалет. Сама ложится на кровать, утыкается носом в подушку и начинает храпеть.

Не знаю почему, но они так и не спросили, как меня зовут. И я их имен не знаю. Знаю только, что синьор с волдырями от комариных укусов на руках болеет за «Фьорентину», как и я. Это первое, что он сказал, когда мы встретились. Я начинаю думать, что насчет щенка меня надули. Наверное, мне нужно вернуться домой. Но пока что мне просто скучно. Нечем заняться, в трейлере без колес даже телевизора нет.

Сам того не заметив, я тоже засыпаю на жесткой скамейке.

Когда я просыпаюсь, уже темно. Сперва не понимаю, где я. Меня разбудил шум мотора. Наверное, муж вернулся, а жена вышла ему навстречу. Я взбираюсь на скамейку, становлюсь на колени и выглядываю в окошко, наблюдаю за ними в просветы между планками жалюзи.

– Ты была права: всюду полно полицейских, – говорит синьор с волдырями. Он явно озабочен.

– Вот дерьмо! – ругается она. – Говорила тебе не влипать в неприятности!

– Пошло оно все в жопу! – Он дает пинка синей машине – она и так куча хлама.

– Влипли по самое не могу… – Синьора с татуировками закуривает.

Синьор с волдырями ходит взад и вперед, чешет голову и всхлипывает, как маленький.

– И что нам теперь делать?

Синьора встает у него на пути, обхватывает руками его лицо, заставляет смотреть ей в глаза.

– Я скажу тебе, что делать: соплячок останется здесь.

Муж пыхтит, поднимает глаза к небу.

– Хорошо, а дальше что?

Жена отвечает не сразу.

– Дальше будет видно… – наконец произносит она совершенно спокойно.

Я не могу здесь оставаться, думаю я. У меня ведь и пижамы нет.

– Что ты имеешь в виду?

Синьора с татуировками ухмыляется.