Дом огней

Смутный намек на футболку «Фьорентины», которую Дзено носил не снимая.

Он сказал, что у него ее больше нет.

Отсюда психолог вывел, что Эве известна история Батигола и ее детали девочка использовала с большим мастерством. Ее юный возраст не должен вводить в заблуждение: в десять лет ребенок вполне способен сочинить такое. Ему приходилось лечить детей, которые разрабатывали куда более дьявольские планы в пику взрослым.

Леонардо, всего шести лет, требовал безраздельного внимания матери до такой степени, что убедил ее, будто отец тайком его избивает. Даже сам наносил себе синяки, чтобы отдалить родителей друг от друга.

Возможно, Эва и не замышляла ничего дурного, подумал Джербер. Девочка могла и не знать, как глубоко запечатлелись в нем отдельные детали истории Дзено. Возможно, она просто хотела его поразить, заставить поверить. Вывести его из равновесия и расстроить вовсе не входило в ее планы.

В ее комнатке на столе психолог заметил компьютер с единорогами на светящихся наклейках. Эва попросту выудила информацию из интернета. Там она и наткнулась на самое примечательное событие, связанное с личной жизнью улестителя детей: то, что произошло на его глазах, когда ему было одиннадцать лет.

Да, так оно все и было, убедил себя Пьетро Джербер.

Отложив блокнот с записями, он встал с кресла и вынул айпад, хранившийся в ящике книжного шкафа. Прислонившись к стене, стал просматривать онлайн старые выпуски местных газет."

"Тем, кто придумывал заголовки в «Ла Нацьоне», всегда нравились пафосный тон и эффектные фразы, даже если то и другое никак не сочеталось с материалом статьи. «В Порто-Эрколе орудует монстр?», «Кто похитил малыша Батигола?» – такие кричащие заголовки не могли не привлечь десятилетнюю девочку.

«Но как Эва могла связать это со мной?» – задумался Джербер.

В статьях не упоминались ни он, ни другие ребята из компании в Порто-Эрколе: все они были в то время несовершеннолетними, и их личности нельзя было раскрывать. Но в скором времени Джербер наткнулся как раз на то, что надеялся найти.

Интервью, которое дал Пьетро Дзанусси в десятую годовщину исчезновения его младшего брата.

По такому случаю на кладбище Порте-Санте провели странную церемонию, которая привлекла внимание прессы. Мама Дзено предложила друзьям и знакомым положить в небольшой сундучок что-нибудь напоминавшее о ее сыне: какую-то вещь, письмо, фотографию. Потом сундучок поместили в семейном склепе, поставив плиту с именем ребенка.

Джербер вместе с синьором Б. тоже присутствовал; ему как раз исполнился двадцать один год.