Дом на берегу океана

Так, во-первых, не все, а во-вторых, они же были в шоке! Причем в куда более сильном, чем я. Который, вместо того чтобы проявить понимание, сам распсиховался по самое дальше некуда. Людей зря обидел… чего же теперь, искать новый остров? В принципе конечно, может получиться, если, как в первый раз, взять два кристалла…

Тут я вскочил. Идиот, ведь два из трех кристаллов остались в оружейке на острове! Сколько я тут страдаю фигней — два часа, три, четыре? Даже время перехода и то не запомнил. А на Хендерсоне мог пройти месяц, если не больше!

На включение аппаратуры и вывод ее на режим потребовалось чуть больше минуты. Еще столько же — на ожидание, пока сравняется давление в оружейке и гараже, сейчас разница была довольно приличной. И — здравствуй, остров Хендерсон, давно не виделись.

Я подождал, пока через щели сарайчика перестанет свистеть воздух, сдвинул засов, открыл дверь и с «сайгой» наготове шагнул наружу. После чего натуральным образом охренел.

Окрестности моего домика радикально изменились. Теперь справа был очищенный от кустов и присыпанный песком квадрат примерно восемь на восемь метров. А посреди него торчала пирамида из белого известняка! Высотой метра три с половиной и почти готовая, только сверху не хватало не то двух, не то трех блоков. Похоже, что именно недостающий блок и тащили двое изможденных островитян с веревками на шеях. Увидев меня, они его выронили, и в падении каменюка задела ногу одного из тащивших, а потом раскололась. Пострадавший завопил. Откуда-то выскочил Марик со здоровенной дубинкой в руках, замахнулся ею, да так и остался стоять, открыв рот.

Чуть сбоку стояли Тим, Ханя и Поль. Поль, увидев меня, крикнул:

По этому сигналу все шлепнулись на колени, причем Марик перед этим все-таки перетянул своим дубьем по хребту одного замешкавшегося. Стоять остались только Ханя и Поль.

Девочка сделала несколько неуверенных шагов ко мне, потом, видимо окончательно поверив своим глазам, заверещала: «Ник вернулся!» — и повисла у меня на шее. Однако быстро опомнилась, отошла на шаг и попыталась что-то сказать. У меня создалось впечатление — заранее выученную речь, которая вылетела у нее из головы почти полностью.

— Мы… Ник, мы очень ждали… Поль сказал, что надо выполнять заветы… мы выполняли, и ты вернулся, как хорошо! Скажи, к нам сможет прийти новый приносящий счастье зверь? Мы будем его очень сильно беречь…

Где же я вам так сразу раздобуду еще одного мейн-куна, подумалось мне. Но все-таки что это за строительство?

Тут Поль, видимо, потеряв надежду на Ханю, вышел вперед:

— Мы делать пирамида, знак почтения к умершему. Священный зверь лежать под ней.

Ну и ну, что тут еще можно сказать.