Дом, где исполняются мечты

Она перестала смущаться из-за их подколок и осведомленности — ну да, вот что значит, оказывается, быть замороченной влюбленностью женщиной!

Стрельцову же почти удавалось справляться на работе с красочными воспоминаниями, во всяком случае, лучше, чем Инге.

А вот дома, да еще слыша ее голос по телефону, — это полная засада! Хоть не вылезай из холодного душа! Или еще чем займись!

И что, теперь вот так каждую неделю? Холодный душ по будням и страсти любовные по выходным? Почему-то так не хотелось!

Вообще-то рановато задавать столь серьезные вопросы, но они задавались сами собой, не сильно интересуясь его нежеланием.

Стрельцов всегда быстро принимал решения, и, как правило, практически стопроцентно верные. Некая врожденная интуиция, что ли, вкупе с умением брать на себя ответственность, риск? Бог знает!

Но почему-то, когда на карте стояли здоровье и жизнь людей, за которых он отвечал в экспедициях, непонятным, мистическим образом Игнат мгновенно решал — идем по правой тропинке — быстро и четко!

Да почему по ней-то? Чем уходящая влево хуже? Тем более никто из них понятия не имел, куда ведут обе! Но некое первобытное чутье, убежденность, ощущаемая физически теплом, говорили ему — сюда! Налево — холодок еле уловимый под сердцем, направо — тепло. Всего пара секунд — и решение принято! И выяснялось потом — эта тропинка к жизни, а та, влево, — вела к погибели.

Как? А никто не знает!

Каждый, наверное, когда-то испытывал необходимость выбора. Но обычные люди, как правило, не прислушиваются к своему внутреннему голосу и ощущениям, предпочитая делать выбор на дурака или вообще его не делать и обвинять потом всех, кроме себя, пострадавшего.

А Стрельцов прислушивался и не боялся риск на себя брать и отвечать по полной программе!

И сейчас он чувствовал теплом сердечным «правой тропинки» — а что выдумывать, вместе надо жить! Боязно там не боязно, трудно не трудно, и не знаем почти друг друга, и сложно — разберемся!

С таким настроением и полетел поздно вечером в пятницу в Москву, пережив маетой душевной как-то эту неделю. И сразу позвонил Инге, как только приземлился самолет.

— Я прилетел, — и попросил: — Давай ты в гостиницу приедешь. Я через часик туда доберусь, а к вам завтра. Упахался я что-то и соскучился страшно.

— Давай! — звенела голосом Инга.

Стрельцов оформлял заселение у стойки портье, когда она впорхнула в холл гостиницы. Раскрасневшаяся, с развевающимися полами расстегнутой шубки, улыбающаяся, искрящаяся вся в предчувствии встречи.

У него аж дух захватило, такая она казалась ему необыкновенная, горящая, родная. Стрельцов засмотрелся, словно они год не виделись.

— До номера доберемся? — спросил Игнат, разглядывая ее близко, прижав рукой к своему боку.